Книга Миссия в Сараево, страница 75 – Алим Тыналин

Выпрямился, пошел дальше.

Через два часа я вернулся. Прошел мимо фонарного столба, не останавливаясь. Кинул быстрый взгляд, под моими чертами появился маленький крест, нарисованный углем. Ответ Артамонова: «Понял. Забери в условленном месте».

Место закладки старый дуб в парке Калемегдан, дупло на высоте груди. Так установлено по инструкции.

Я пришел в парк к полудню. Народу мало, будний день, жарко, июньское солнце припекало. Несколько нянек с детьми, старик кормил голубей, пара гуляла у крепостной стены.

Дуб стоял в стороне от дорожек, за зарослями кустов. Я подошел, оглянулся. Никого. Сунул руку в дупло, нащупал бумагу.

Маленький сверток, завернутый в промасленную бумагу. Я спрятал в карман, отошел.

Сел на скамейку у фонтана, развернул сверток под газетой.

Записка, написанная мелким почерком Артамонова. Шифр простой, каждая третья буква.

Быстро расшифровал: «Санкция получена. Действуй. Естественная смерть. Никаких следов.»

Сжег записку, пепел бросил в фонтан. Встал, пошел прочь. Можно работать. Извини Трифко.

* * *

Аптека на Вашиной улице. Старое здание, вывеска потускневшая. Внутри пахло травами, спиртом, чем-то сладким и приторным.

За прилавком аптекарь, пожилой мужчина в очках, в белом халате.

— Добрый день. Чем могу помочь?

Я достал список, написанный заранее.

— Мне нужны эти препараты. Для научной работы. Я ученый из России, изучаю действие различных веществ на легочные ткани.

Аптекарь взял список, пробежал глазами.

— Настойка белладонны, экстракт морозника, хлороформ, спирт медицинский… — Он поднял голову. — Странный набор. Для какой именно работы?

Я улыбнулся.

— Изучаю взаимодействие алкалоидов с поврежденными тканями легких. У больных туберкулезом. Пишу диссертацию для Военно-медицинской академии в Петербурге.

Аптекарь кивнул. Ученая работа, достаточное объяснение.

— Нужна подпись в журнале. Туи ядовитые вещества.

Я расписался: «Н. Константинов, исследователь.»

Аптекарь собрал заказ. Темные бутылочки, каждая с этикеткой. Завернул в бумагу, перевязал шпагатом.

— Двенадцать динаров.

Я заплатил, взял сверток, ушел.

Вечером, в своей квартире на Дорчоле, я запер дверь, задернул занавески.

На столе разложил все, что купил. Бутылочки, пробирки, мензурка, маленькая спиртовка, которую нашел в лавке химических товаров.

Зажег керосиновую лампу, придвинул ближе.

Я изучал искусство приготовления ядов, в этой и прошлой жизни. Умел делать самые разные, растительные, минеральные, животные. Учился составлять смеси, которые убивают быстро или медленно, оставляют следы или нет.

Для Трифко нужен медленный яд. Который усилит симптомы чахотки. Кровоизлияние в легких, удушье. Смерть через несколько часов, максимум сутки. Врач решит, что это обострение болезни.

Я открыл бутылочку с настойкой белладонны. Атропин. Алкалоид, парализует дыхательный центр, вызывает удушье. В малых дозах лекарство. В больших смерть.

Налил в мензурку десять капель. Добавил пять капель экстракта морозника. Гликозиды, действуют на сердце, ускоряют пульс, вызывают аритмию.

Перемешал стеклянной палочкой.

Добавил двадцать капель хлороформа. Для усиления действия, чтобы вещество быстрее всасывалось в кровь.

Нагрел смесь на спиртовке. Не до кипения, просто чтобы компоненты соединились.

Остудил. Перелил в маленький пузырек, который купил отдельно. Закупорил пробкой, заклеил воском.