Книга Королевская кровь. Книга 2, страница 196 – Ирина Котова

Игорь от злости чуть не сломал руль, хотя такие сильные эмоции ему в принципе были не свойственны. Вот же ж… Тандаджи… вот сукин сын… Мало того, что подсунул необученного агента в юбке, так еще и решил поработать целителем душ. Сразу, так сказать, и напарник, и персональный психотерапевт для бедняжки Стрелковского, страдающего от затяжного шока. Но теперь хотя бы понятна ее драчливость и резвость.

— Мы сейчас будем допрашивать Юземского, капитан. Инструкция такова — задержанного не бить, не пугать, сидеть тихо. Попрошу прочитать — прочитать. Все понятно?

— Понятно, — угрюмо ответила Дробжек.

— Приедем, сразу к виталистам, иначе завтра говорить не сможете. Другие повреждения, кроме видимых, есть? Если есть, то на допросе будете спать и толку с вас не будет.

— Нет, — сказала она быстро и, конечно, соврала. Игорь Иванович покачал головой. Придется после допроса тащить ее к врачам. И вот на кой ему эта головная боль? Когда задание далеко не простое и отвлекаться на обучение и сдерживание излишне бодрой северянки означает тратить время, которое можно употребить на поиски дочери.

Юземский уже пришел к себя, сидел в камере, улыбаясь, и был вальяжен и доброжелателен. На общие вопросы отвечал вполне охотно, рассказывая об устроенной им школе для воров, их вербовке и делах, пока дело не дошло до информации о Полине и ее нынешнем местонахождении. Он словно немел, краснел, надувался, пытался говорить, но сипел и мотал головой.

— У него стоит мощный ментальный блок с запретом, — сказала сидящая в уголочке, тихая как мышь Люджина. — Мне не сломать, умрет от инсульта и не скажет ничего. Надо кого-то покруче.

Игорь Иванович устало потер лоб. Дело уже шло к вечеру, а узнать ничего не получилось. Желудок давно требовал еды, а литры выпитого кофе сделали голову гулкой. Учитель вежливо улыбался, всем видом показывая, что, дескать, он-то готов сотрудничать всей душой, да вот не срослось. Даже на разборки с Тандаджи запала уже не осталось.

Он нажал кнопку вызова охраны, приказал увести задержанного и глаз не спускать, ночевать с ним в камере и если что — сразу выводить. У него в карьере были случаи, когда важные свидетели случайно самоубивались в камерах, или пропадали, и рисковать было нельзя. А сейчас нужно было отвести напарницу к виталистам.

Он оставил ее на осмотр, сам заглянул в кабинет к Тандаджи.

— Можно? — спросил, и тидусс кивнул, улыбнулся чуть заметно.

— Майло, — произнес полковник, усаживаясь в кресло, — кого ты мне подсунул? У нее же опыта нет совсем.

— Хороша, правда? — невозмутимо ответил господин начальник, с хитрецой глядя на него. — Зато как боевой маг и менталист незаменима. Я ее долго уговаривал переехать, все не соглашалась, а как услышала твое имя — за полдня собралась. Вот так-то, Игорь Иванович.

— Ты еще и сводней подрабатываешь? — проворчал Стрелковский раздраженно. Тидусс иронично поднял брови.

— А что, предлагала неприличное?

— Нет, — хмуро сказал Игорь, — но смотрит как девочка на ведро мороженого.

— Так пусть смотрит, полковник, пусть. Или ты стесняешься, что ли? Пока смотрит, глядишь, и научится от тебя чему-нибудь. Кадры надо растить верные, сам знаешь. Уйду на пенсию, — тут в его голосе прорезались мечтательные нотки, — кому управление оставлять? А тут девочка целое воровское кубло нам в руки отдала. Храбрость есть, а исполнительность и опыт приложатся. Меня-то помнишь, каким взял? Я по-рудложски двух слов связать не мог.