Книга Король драконов и Принцесса-Апельсин, страница 105 – Ната Лакомка

— Замужняя женщина, которая до сих пор не знала сладости поцелуя? – коварно поинтересовался Тюнвиль.

— Вспомните о рыцарской чести…

— Да плевать на неё.

— Вы не смеете…

— Уже посмел, – заверил он. – И посмею ещё, потому что вы сами этого хотите… – он наклонился, пытаясь поймать её губы.

— Не смейте… не смейте… – шептала принцесса, уворачиваясь, и дрожала при этом, и сердце у неё билось так сильно, что Тюнвиль ощущал его стук.

— Попробуйте меня остановить, – подсказал ей дракон. – Пожалуйтесь мужу. Я очень этого жду.

— Зачем? Зачем? – простонала она.

— Вы так и не поняли? – горячо зашептал Тюнвиль, почти касаясь губами её уха и с наслаждением вдыхая её запах – аромат девичьего тела, которому не нужны никакие восточные благовония, и который упоительнее любого цветочного аромата. – А вот мой брат сразу меня разгадал. Он сразу понял, что я захотел вас. С первого взгляда… И теперь мечтаю увезти вас отсюда… Чтобы вы танцевали под музыку моей флейты… И чтобы ели из моих рук… Расскажите мужу, что мы делали этой ночью здесь, возле моря… Пусть он вызовет меня на поединок, и я подарю вам свободу – сделаю вас вдовой.

Принцесса сразу перестала сопротивляться, замерла и даже затаила дыхание.

— Принц никогда ничего от меня не узнает, – сказала она после недолгого молчания.

— Тогда я ему скажу, – пообещал Тюнвиль.

— Вы… вы этого не сделаете, – голос её сорвался, и она так сильно дёрнулась в руках дракона, что Тюнвиль предпочёл её отпустить – не причинила бы боли себе, пытаясь освободиться.

— Хотел бы я посмотреть, кто сможет мне помешать, – сейчас Тюнвиль, и правда, чувствовал себя всемогущим и непобедимым, пусть и стоял полуголым, в человеческом обличии, на пустынном берегу. – И пусть ваш муж воображает себя героем, дракона ему не победить. Мой брат… – тут он осёкся, чтобы не проболтаться о позоре Рихарда, – мой брат слишком мягко обходится с принцем, вот он и возомнил о себе невесть что. Но я с ним миндальничать не буду. Он заслуживает хорошей взбучки только за то, что издевался над вами все семь лет вашего замужества.

— Вы этого не сделаете! – воскликнула принцесса отчаянием. – Не смейте! Я и так уже пострадала из-за вас! – она невольно прикоснулась к левой скуле, где была ссадина, и Тюнвиль мгновенно всё понял.

— Это он вас ударил?! – дракон перехватил руку принцессы за запястье и, сузив глаза, посмотрел на ссадину.

— Нет… нет… я упала, – начала она, но Тюнвиль перебил.

— Хорошо лжёте, ваше высочество, – сказал он сквозь зубы, – но недостаточно хорошо, чтобы обмануть меня. Мой брат не добил вашего мужа, но я это сделаю.

Роли мгновенно поменялись – теперь принцесса вцепилась в дракона, будто собиралась задушить его в объятиях.

— Вы всё неправильно поняли, – взахлёб говорила она, – вы не тронете его… Он ни при чём… Я сама виновата…

Она почти повисла у Тюнвиля на шее, но если пару секунд назад он только об этом и мечтал, то теперь на место страсти пришла холодная ярость.

— Не обсуждается, – бросил он, пытаясь разжать руки принцессы.

Но она уже отпустила его и побежала – только не ко дворцу, как можно было ожидать, а в море.

— Если посмеете прикоснуться к нему!.. – крикнула принцесса Хильдерика, и эхо снова отскочило от скал. – Я утоплюсь! Так и знайте – утоплюсь!