Онлайн книга «Рыжий и скрипка»
|
Поколебавшись секунду, он рассказал про воск и даже продемонстрировал последнюю оставшуюся свечу, умолчав, впрочем, что продумал свой трюк заранее. Сейчас-то выходило, что свечи оказались у него ну совершенно случайно, по удачному совпадению. Ведьмы переглянулись. — Служба исполнена, – без всякого хихиканья ответила наконец за всех Белая. И добавила ворчливо, непохоже на обычные свои натужно-дурашливые интонации: – В прежние-то времена это было испытание для той, что нам нанималась в ученицы: если таланта к ведьмовству нет, то воду в решете не удержать. — Но что было, то прошло, – вздохнула Чёрная, кажется, вполне искренне. – Уфу-фу-фу… — А с мужчин-то какой спрос? – хлопнула Красная ресницами. – Только спинку в купальне потереть. Ну-ка, подруги, растопим печь! — Растопим! — Растопим, растопим, хи-хи-хи! Они разом ударили в ладоши – и в печи сбоку от купальни вспыхнул огонь, хоть дров внутри никаких и не было. Зато там плясала крошечная фигурка, будто бы тоже женская… Не дожидаясь, пока вода согреется, ведьмы начали сбрасывать одежду – сперва по одной юбке, затем по второй… — Кто в купальне останется, кто воды из ковшика польёт, хе-хе-хе? – спросила Красная, часто-часто моргая. – Не в службу, а в дружбу! Сирил, который всё это время помалкивал, побледнел в синеву и рефлекторно отступил на шаг к выходу. «Ну не станут же они меня домогаться, в самом-то деле», – подумал Джек. И махнул рукой: — В целом я не против. В купальнях я ещё не подрабатывал, но вот массажистом пару месяцев был, вернее, месяц учился, а месяц работал, пока хозяин-китаец не умер… А жаль, мировой был старик, он своим массажем даже неходячих на ноги ставил. Но я так не умею, – быстро добавил он. – Кстати, а где ковшик? — У печи стоит, – томно откликнулась Белая, приспустив рубаху с дряблого плеча. – Ты бы и сам разделся, красавец, а то тут скоро ух, жарко станет, хи-хи-хи! — Ну, как станет, так и разденусь, зачем торопиться… А ты, э-э, может, снаружи подождёшь? – повернулся он к Сирилу. Тот пробкой выскочил из купальни, а дверью не хлопнул, кажется, только потому, что бежал, зажмурившись – и ручку вслепую не нащупал. Лисий плащ Джек снимать не рискнул, хотя в купальне скоро и впрямь стало жарковато, зато стащил дурацкие цветастые юбки и расшнуровал корсаж. От чулок тоже пришлось избавиться – на мокром полу они скользили, а по-глупому упасть и разбить себе затылок как-то не хотелось. — Хи-хи-хи, а ножки-то хороши, верно, подружки? – донеслось со стороны купальни. — Ну, с вашими-то ножками мои не сравнить – куда мне до вас, красавицы, – машинально откликнулся Джек, пытаясь стащить мокрый чулок. Тот сопротивлялся – тянулся, трещал, но сидел на ноге плотно. – Трепещу оттого, что мне оказана… тьфу, да снимайся уже… великая честь. — А дружок-то твой не оценил, сбежал, хе-хе-хе. Ну, зато другой-то дружок всегда при тебе! – похабно добавила другая ведьма. — Это пока он его в узде держит, уфу-фу-фу… — Да-да, из последних сил держусь, только из бесконечного… уважения… ну наконец-то! – с облегчением выдохнул Джек, избавившись от мокрого чулка, и обернулся. «…а я точно в той же купальне?» Потолок исчез – вверху раскинулось только бесконечное ночное небо, далёкое и холодное, в крошке ярких звёзд. Истоптанные каменные полы посветлели и засверкали; на стенах появились барельефы – травы, колосья, птицы и звери. Огонь в печи, примыкающей к чаше купальни, гудел, над водой, благоухающей травами, поднимался пар, густой, как взбитые сливки, а три ведьмы – уже нагие, конечно, – сидели на краю. |