Книга Дар смерти, страница 187 – Анна Трисс

— Да, ты прав.

— Это более сложное искусство, чем кажется на первый взгляд, не так ли?

Панама кивнула, завороженная тем влиянием, которое Ним оказывала на свою цель. Обхватив обеими руками талию эльфидки, которую пожирал глазами, наемник расслабленно сидел на стуле, отложив карты, несмотря на то что двое его товарищей повысили ставки. Словно огромный пес вдруг превратился в щенка: брось она палку на другой конец зала, он помчался бы и принес ее своей прекрасной хозяйке.

Спокойный Жнец, казалось, не испытывал ни малейшего приступа ревности при виде подруги, флиртующей с другим мужчиной. Панама задалась вопросом, приходилось ли ему соблазнять женщин-целей во время своих заданий.

Она заметила, что Хамар привлекал столько же женского внимания, сколько Белла – мужского. Как только они появились в общем зале «Таверны жаждущего дракона», официантки и клиентки принялись бросать на него опасливо-страстные взгляды. Они смотрели так, словно созерцали восхитительное произведение искусства, мрачное и абстрактное, глубокий смысл которого хотели бы постичь. Разноцветный взгляд Хамара не задержался ни на одной конкретной женщине. Однако, судя по их поведению, некоторые из них не отказались бы согреть постель высокому таинственному эльфиду, которого сопровождала Панама.

Что касается мужчин, сидевших за столами, большинство из них косились на него краем глаза. Они ощущали угрозу, исходящую от него. Завсегдатаи, должно быть, догадывались, что речь идет об одной из Теней, несмотря на отсутствие у него кирасы и татуировки, скрытой от их глаз: эта таверна была известна как место, часто посещаемое убийцами, а Жнец вел себя здесь как хозяин. Лишь трое наемников, прибывших издалека, не заметили его опасного присутствия. Их бдительность оказалась притуплена алкоголем, карточными играми и сладострастной красотой эльфидки.

Определенно, Жнец с Ним образовывали самую убийственную пару, которую знала Панама. Как ни тяжело ей было это признавать, но отравительница и Верховный мастер прекрасно подходили друг другу: оба красивые, по-кошачьи грациозные и очень опасные. Вдвоем они были смертоноснее, чем все убийцы Гильдии теней, вместе взятые, и того – или в данном случае ту, – кто попытается их разлучить, вне всякого сомнения, постигнет печальная участь.

Панама глубоко вздохнула от отчаяния.

Было очевидно, что это не ее уровень.

По-прежнему улыбаясь, Белладонна украдкой взглянула на своего любовника, проводя рукой по грязным волосам цели. Верховный мастер коротко стукнул пальцами по краю стола, знаком выражая ей поддержку.

— Тебе нравятся мои духи, красавчик? – спросила она, осторожно потирая кулаком в бархатной перчатке бретельку своего платья. – Моя дуреха-сестра считает их слишком навязчивыми.

— Что ты, моя принцесса, твои духи – это наслаждение, – ответил наемник, наклоняясь, чтобы понюхать ее грифельную кожу и заодно шумно поцеловать в шею.

— Это новый ежевичный аромат, который предпочитают столичные девушки, – проворковала Белла.

«Дыхательный яд!» – осознала Панама, удивленная этим смелым выбором. Вещество, по всей видимости, уже было нанесено на ткань бретельки и активировалось теплом в результате прикосновения Ним. Прекрасная эльфидка в это время не дышала и наверняка приняла противоядие в качестве меры предосторожности. Она выбрала быстродействующий летучий яд, отравляющий на близком расстоянии, который так же быстро рассеивается.