Книга Тигровая лилия, страница 65 – Катерина Зверь

Джемайя вздохнула. Их разговор затягивался, и инициатива снова отошла противнику. Так не годится.

— Достопочтенный ар-Кешшар еще не устал от местных легенд?

— Не в тягость слушать того, кто умеет рассказывать. – Улыбка охотника стала шире, а в глазах сверкнул лукавый огонек. – В конце концов, разве не за этим Первая мать приставила тебя к моему отряду?

Джемайя едва заметно поджала губы. Убедительных возражений – кроме простого и безликого «мне пора идти», больше напоминающего оправдание бегства с поля боя, – не нашлось, а Алар смотрел на нее так внимательно, что отмалчиваться дольше было попросту невежливо.

— Вон там, видишь? – Она указала рукой поверх городской стены на горный кряж. В одном месте хребет рассекло надвое – как будто кто-то ударил по горам топором, выворачивая могучие скалы, – и две горы, возвышавшиеся по краям разлома, напоминали сторожевые башни ворот. – Эти горы зовутся у нас Привратниками. Старший – тот, что повыше, Младший – тот, что пониже. По поверьям, они стерегут вход в загробный мир, через который солнце уходит, чтобы освещать небо мертвых. Говорят, что оно проходит по подземному небу, а затем выныривает из моря на востоке. – Джемайя кивнула в сторону бухты. – В тот час, когда оно опускается совсем низко, его лучи падают ровно между скал, служащих входом в Ямарру, и бьют прямо в глаза морякам. В это время заходить в залив нельзя – считается, что ослепшие моряки, следуя за солнцем, могут уплыть за ним в мир мертвых. Но если солнце каждое утро возвращается на небо, то для живых нет пути назад. Ходит слух, что один корабль все-таки пренебрег этим предостережением, направился в бухту в слепой час и угодил в загробный мир, но солнце пожалело моряков и попыталось спасти их. Оно напитало корабль и его команду своим золотым светом, и мертвецы приняли их за солнце и выпустили – но, даже оказавшись в родном море, позолоченные люди не смогли вернуться домой. Слишком много силы солнца бурлило в их жилах, и они больше не нуждались ни в еде, ни в отдыхе. Все чувства в их сердцах сгорели от яркого света, и они позабыли и дом, и родных. Так что теперь этот золотой корабль носится по морским просторам, слепя своим сиянием встречные экипажи, лишая их зрения и обрекая на гибель.

— Мне доводилось слышать о золотом корабле, – задумчиво кивнул Алар. – По морю слухи разносятся дальше, чем по суше. Но этот корабль везде считается предвестником беды.

— Моряки везде суеверны, – откликнулась Джемайя.

— Охотники тоже, – хмыкнул Алар. – Что ж, спасибо тебе за сказку. Будет что рассказать у костра юнцам вроде Шиама, – добавил он, и Джемайя улыбнулась. – А теперь мне пора идти, пока парни и впрямь не слопали все припасы. Да, – спохватившись, Алар запустил руку в карман, вытащил оттуда небольшой розовый шарик и сунул его Джемайе. – Вот, возьми. Считай это благодарностью за сегодняшнюю прогулку. Я буду ждать тебя в Чаше, охотница. Приходи, когда солнце скроется в мире мертвых.

Не дожидаясь ответа, Алар развернулся и зашагал к городским воротам. Проводив его взглядом, Джемайя опустила глаза на шарик – тот оказался намирским персиком. Видимо, Алар прихватил его с одного из прилавков на рынке, «забыв» оставить взамен монетку.

Интересно, охотник стащил его, намереваясь съесть позже, или специально припас персик для нее?