Книга Бескрайнее темное море. Том 2, страница 80 – Моргана Маро

— Я пришел, как ты и просила, Сюэбао, – произнес принц, и дыхание белым облачком сорвалось с его губ.

Некоторое время лошадь смотрела на него черными умными глазами, а потом развернулась и не спеша зашагала прочь, не оставляя следов. Цин Вэнь побежал за ней, однако, как бы он ни старался, Сюэбао всегда была в чжане от него. Пришлось сдаться. Устало бредя за лошадью, он заметил, что Маньвэй куда-то делся. Может, Фан Лао позвал его к себе?

Цин Вэнь не знал, куда его вела Сюэбао, однако становилось все холоднее. Дышать стало больно – приходилось морщиться и тихо откашливаться. Это тоже испытание?

Вскоре лошадь остановилась у холма. Подняв копыто, она несколько раз постучала по земле, и часть снега обрушилась, являя старый каменный вход в курган. Стоило Сюэбао еще раз ударить копытом, и двери треснули пополам и упали. За ними обнаружился темный коридор, откуда несло смертью.

Подойдя к кургану, Цин Вэнь обернулся, но ни Сюэбао, ни ее следов на снегу не оказалось. Она будто бы привиделась усталому разуму.

Выпив вина и перекусив, принц осторожно вошел в курган. Коридор оказался узок. Кроме того, порой приходилось пригибать голову, чтобы не стукнуться о потолок. Через десяток шагов Цин Вэнь вышел в темный погребальный зал и ощутил сухой неприятный запах.

Бросив прихваченные с собой палочки на землю вместе с одним из платков, принц достал огниво и разжег огонь, осветивший усыпальницу. Размером в три чжана шириной и высотой в шесть чи, зал был заполнен крепкими деревянными гробами времен семи Сражающихся Царств. Каждый из них покрывали витиеватые знаки, напоминающие те, что порой чертил Фан Лао в воздухе для печатей.

Кто здесь покоился? Навряд ли обычные люди.

Достав меч из ножен, Цин Вэнь подцепил крышку одного из гробов и с трудом открыл ее. Противно скрежетнули гвозди, и крышка с глухим ударом упала на землю. Внутри лежал мужчина, время было не властно над ним: темные волосы, не тронутые сединой, белое лицо без трупных пятен, чистые одежды и сжатая в ладонях веревка медальона. Поняв, что это не кто иной, как заклинатель, чье тело осталось нетленным, Цин Вэнь протянул руку и с трудом разжал окоченевшие пальцы. Медальон оказался точно таким же, как найденный в опустевшей крепости.

Сердце вдруг часто-часто забилось, и Цин Вэнь замер, нерешительно держа руку над мертвецом. Что, если в этом медальоне запечатан еще один осколок воспоминания? И именно его хочет показать Сюэбао?

Поджав губы, Цин Вэнь вынул медальон из пальцев мертвеца – и тело охватил жар, а перед глазами предстала пелена. Но вдруг тишину гробницы прорвал оглушительный шум: возгласы, топот, ржание, скрежет и вой.

Цин Вэнь стоял во дворе военного ведомства. Мимо, выполняя указания, бегали солдаты: что-то громко кричали друг другу, передавали оружие.

— Артефакт с барьером не протянет долго, а мертвецы уже рядом. Что будешь делать? – раздался позади голос, показавшийся Цин Вэню знакомым.

— Не дам им достать его, – произнес принц.

Он не мог взять под контроль тело, обернуться или что-то сказать. Он был лишь гостем в этом теле.

— Вот только они здесь как раз из-за него, – раздался негромкий ответ, в котором читалась досада. – В этом городе больше трех сотен тысяч людей… Ты думал, что с ними будет, когда ворота падут?