Книга Спасение души несчастного. Том 2, страница 86 – Лин Няннян

Как раз сейчас экипаж подъезжал к необъятной долине, вид на которую закрывали горы. В отличие от северо-восточной части Поднебесной, где нескончаемо тянулись скалы, напоминая то павшего дракона, то змея, эти походили на десяток бесподобных великанов-солдат, выставленных будто бы на подъезде к императорской столице для устрашения всех и вся. Крепко застрявшие в земле и покрытые тысячелетними деревьями, головами касаясь облаков, они словно когда-то преграждали путь смертным. Картина завораживала.

Туман, о котором предупреждал молодой гонец Линь Цин, давно рассеялся. Горные великаны, окружавшие границы долины, отбрасывали большую непросветную тень на десяток ли вперед – у всех, кто проезжал мимо, создавалось впечатление, что солнце село. Если добавить клубящиеся по вершинам гор облака, застилавшие всю территорию Шутянь на каждый праздник, связанный с духами, то потерять дорогу и заплутать здесь среди лесов становилось невероятно просто. К тому же люди не обосновывались на таких крутых склонах, поэтому звери и всякая нечисть считали себя их хозяевами. Стоит смертному свернуть не туда, и какой-нибудь голодный тигр откроет на него охоту, а подоспевший мелкий демон не преминет подставить подножку.

Путники держали путь через расселину, и с каждым шагом им становилось все больше не по себе. Звуки, исходившие из леса, походили на чьи-то нескончаемые стенания. Отовсюду доносились тихие клокотание, чавканье и рычание. Го Бохай отодвинул бамбуковый полог на окне повозки и тихо обратился к ехавшему на коне рядом:

— Не отставай, меня охватило дурное предчувствие, как только мы ступили на эти земли. – Он обращался к У Чану. Затылок наставника обдало холодом. – Может, ученик оставит коня и вернется в повозку?

Однако в ответ наследник покачал головой в широкой шляпе. Белая газовая ткань доули сдвинулась, и из-за нее показалась теплая улыбка на молодом лице.

— Не переживайте, учитель. Тем более если Цзюя оставить одного, он может стать вновь неконтролируемым. Добавит нам неприятностей, если сорвется в лесную чащу.

И все же, несмотря на пугающую атмосферу, сердца путников постепенно успокаивало благородное величие дикой природы. Древние деревья, раскинувшие громадные ветви высоко над землей, очаровывали шелестом листьев. Было непонятно, сколько же в действительности лет этим лесам. Наверняка они от корней до самых верхов, как и все в округе, за многие тысячелетия пропитались духовной энергией некогда живших здесь небожителей. Вся эта территория – от великанов-солдат на подъезде до самой обители Опустивших головы на Туманном хребте – принадлежала им, небесным чиновникам. Оттого продвигавшиеся вперед утешали себя: случись что, к ним быстро прибудет на помощь какое-то божество.

Ничто не свидетельствовало о подступающей опасности из того, что было видно из-за приподнятого полога окна повозки, но Го Бохаю дышалось все труднее, голова его отяжелела. Возможно, это было связано вовсе не с внешним, а с внутренним раздражителем – с нежеланием подниматься на Туманный хребет вновь?

Пару столетий назад он бы и размышлять не стал о том, чтобы спуститься в мир смертных и посетить родную обитель. Поступок из прошлого перечеркнул все труды Го Бохая, как и труды тех, кто некогда его поддерживал, и тем самым навсегда отрезал ему путь к Туманному хребту. Его решение низвергнуться и отказаться от статуса божества до конца не смогла принять даже богиня ветров Лун Мэйфэн, что уж тут говорить о его земном наставнике. Измученный болезненными воспоминаниями, Го Бохай силился не строить догадок о том, что ждет его в конце пути, он старательно избегал этого мерзкого, но знакомого ноющего чувства. Чувства всепоглощающего стыда.