Книга Спасение души несчастного. Том 3, страница 159 – Лин Няннян

— Какой же у Го Бохая послушный щеночек, – вкрадчиво протянул он.

У Чан поперхнулся, закашлялся и едва не выплюнул воду на безупречные черные одежды демона. Подобное уже происходило с ними в Уюне.

— Ты чего… несешь? – через силу выдавил наследник.

В ответ на него уставились с ехидным прищуром. Сянцзян облокотился на край стола, положил подбородок на бледную ладонь и указал кончиком палочки:

— Да просто заметил, как ты прилежно исполняешь его наказы. Сказали сидеть тихо и прижать хвост – так ты и рад стараться.

Еда мгновенно встала колом в горле. Секунду назад все казалось сносным, а теперь ядовитые слова разворошили утихшую обиду. Какая муха укусила этого гада? И хуже всего было то, что он прав. Пока Сянцзян не озвучил это, У Чан и сам не заметил, как покорно его внутреннее «я» ожидало снятия запретов. И правда, точно послушный щенок. Лицо наследника свело от горькой ухмылки.

— И что, по-твоему, я должен делать? – Он и не надеялся услышать от демона ответ.

— Сходи к своему приятелю, – отложив палочки для еды, лениво изрек Сянцзян. – Разве между вами не возникало досадного недопонимания сегодня днем?

Идея вести разговоры с Мэн Чао казалась крайне бестолковой. После того, как наследник заступился за Ба Циншана, рассудок приятеля будто окончательно помутился. У Чан слишком отчетливо помнил презрительный, полный ненависти взгляд, которым Мэн Чао наградил его перед уходом. Он словно бы говорил: «Впредь оба не смейте ко мне приближаться!»

Сянцзян как-то подозрительно быстро прочитал все сомнения на лице собеседника, вальяжно откинулся на спинку стула, медленно, почти вызывающе ослабил одежды на груди, будто бы на улице стояла удушливая жара, и закинул ногу на ногу.

— Так что? – после паузы уточнил он.

У Чан поднял на него изучающий взгляд:

— Прийти к миру с Мэн Чао можно только одним способом: избавив его от проклятия Хэйфэна. Но ты скорее задушишь себя, чем пойдешь кому-то навстречу без выгоды. Так какое тебе дело до меня и него?

Свеча, которую принесли слуги, ярко очерчивала насмешливые черты демона. Он был настолько доволен этим вопросом, что казалось, еще немного – и разразится торжественным хохотом на всю обитель.

У Чану не потребовалось много времени, чтобы распознать эту игру. Поэтому, только поднявшись с места, наследник остановился рядом, позволяя смотреть на себя снизу вверх.

— Чего ты хочешь? – твердо спросил У Чан. – Говори прямо, и я сделаю.

— М-м-м… – В голосе демона зазвучало почти физическое удовольствие от происходящего. – По-видимому, я ошибался. В тебе есть скрытый потенциал, который так и рвется наружу. Вот только и правда, зачем мне оказывать наследнику столь дорогую услугу? Мы ведь даже не приятели.

Все это время демон неторопливо постукивал длинным пальцем по своей скуле, явно ожидая от собеседника большего. У Чан в раздражении хлопнул по столу, посуда звонко подпрыгнула, и тем не менее на бледном лице даже ресница не дрогнула.

— Ясно, – выдохнул наследник. – Значит, хочешь заключить сделку? Давай! – Он решительно протянул ладонь. Время в комнате будто бы застыло на мгновение. Однако демон всего лишь утомленно опустил взор:

— Я подумаю над твоим заманчивым предложением.

Слова вонзились в разум У Чана, ослепив новой вспышкой ярости. Поняв, что его выставили идиотом, он выскочил на улицу как ошпаренный. Сердце бешено колотилось в груди. Какое еще предложение? Этот нечестивец сам вел разговор к сделке, а теперь решил поглумиться?