Книга Ловушка для Дюка, страница 69 – Анна Велес

Он окинул весь отряд взглядом.

— Напомню, — все же он не смог скрыть досаду. — Я точно никогда не был вашим врагом. И еще раз говорю, что не собираюсь ничего плохого делать вашему командиру. Хотя…

Он чуть поклонился.

— Ваша верность делает вам честь.

— Прости, — коротко извинилась Алика и даже попыталась улыбнуться кузену.

— Ты это…Ваша Светлость, — Мэл выглядела растерянной. — Что говоришь-то? Какой ты враг… Мы не хотели. Просто…

— Перенервничали мы, — нашел нужное слово Жако.

— Верю, — уже спокойно сказал Роже. — Ален? Как ты?

В его тоне звучала искренняя забота.

— Прости меня, — Дюк решил, что это самое верное, с чего стоит начинать. — Я должен был сказать все раньше. Но… Ты знал?

— Ну, в целом, да, — Ренар тяжело вздохнул. — У меня самого к вам немало вопросов, но чудится, что сначала придется объясняться мне же самому.

— Ты не должен, — возразил ему дознаватель. На самом деле, он совсем не знал, как сейчас себя вести, и никак не мог собраться с мыслями. — Роже… Я был трусом. Я должен был давно прийти и все рассказать. А я все ждал. Я хотел набрать сумму, чтобы выкупить Марину. Она не причастна ко всему этому и точно ни в чем не виновата! А потом…

Он окинул взглядом своих людей. Насупленный непривычно серьезный Тран. Притихший Жако, кто, встретившись с командиром взглядом, нервно подмигнул Дюку. Мэл, как всегда с упрямо поджатыми губами и вздернутым подбородком, готовая защищать дознавателя, вот только… у нее в глазах столько грусти и боли, когда она, нет-нет, да поглядывает на Роже.

— Потом мне стало, что терять, — признал Дюк. — Вернее, кого. Мой отряд. И Алику.

Он повернулся к любимой женщине. Воительница только чуть улыбнулась. Ласково и тепло. Странно, но она была сейчас совершенно спокойна.

— А еще твоя дружба, Роже, — вот это сказать было труднее всего. — Я всегда был верен тебе, как Государю. И так гордился, когда ты назвал меня другом. Лишиться твоего доверия было бы больно.

— Ну, да, — согласился Ренар. — Скажу тебе, трусостью тут и не пахнет, и это весьма уважительные причины. Эти ребята, Тран и Жако, одни такие на миллион, они стоят многого. Мэйли…

Он улыбнулся магу, как-то удивительно смущенно.

— Ради нее можно сделать, что угодно. И… — Роже иронично улыбнулся. — Все же, Ален, у тебя за годы не испортился вкус! Помнишь? Наш разговор о том, как красивые украшения отлично сочетаются с прекрасными женщинами? Мне нравится колечко, какое ты выбрал для Алики. И да! Скажу еще раз, я понимаю тебя и твои причины.

Он снова стал серьезен.

— Что до меня, — продолжил Герцог. — Немного обидно, не скрою. Но вот только у меня самого слишком мало друзей, чтобы ими легко разбрасываться. А такой друг, как ты, Ален, вообще один. К тому же, я понимаю и другое. Тогда в мои пятнадцать я все думал, как же ты вообще справишься. Попасть в такой переплет… остаться одному… Я тогда все пытался представить, что было бы со мной, окажись я на твоем месте. Думаю, я справился бы хуже. Так что, дружище, давай просто оба порадуемся, что все наши недосказанности остались позади.

— Я буду стараться, — Дюк постарался выдать свою обычную ироничную улыбку. — Но… Ты так говоришь, будто знал уже тогда. Что это сделал не я. Откуда?

Роже тоже чуть усмехнулся.

— Я же говорил, что первым придется объясняться мне, — напомнил он. — Хотел бы я подать вам эту историю весело, но точно не выйдет. Я знаю это от Марины.