Книга Маг, разрывающий на куски, страница 87 – Aki

Оно будет ждать.

Оно будет охранять.

Оно выполнит приказ.

Потом женщина говорила.

Слова вырывались из её груди вместе с рыданиями, рваные, бессвязные, почти бессмысленные. Но существо слышало их. Впитывало. Запоминало.

— Мирон… — шептала она. — Он… он мертв, Арти… Наш сыночек… Они сожрали его изнутри… съели…

Съели.

Слово упало в тишину комнаты, тяжёлое, как бетонная плита.

Мужчина — Арти — вздрогнул. Его руки, гладившие её спину, замерли на мгновение. Потом сжались сильнее, впиваясь пальцами в ткань ее платья.

Он не сказал ничего.

Ни слова утешения.

Ни слова отрицания.

Вообще ни слова.

Только прижал её к себе ещё крепче, спрятал лицо в её волосах, и существо увидело, как его плечи начали беззвучно сотрясаться.

Он тоже плакал.

Просто молча.

Существо смотрело на это и не понимало.

Создатель говорил, что цель — сильнейший маг Империи. Хранитель дисциплин. Его правая рука. Тот, кто вызывал армии призраков и танцевал со стихиями. Тот, кто не боялся шагнуть в пасть льва с голыми руками.

Почему же он плачет?

Почему он дрожит?

Почему он сжимает в объятиях женщину, как будто она — последнее, что у него осталось в этом умирающем мире?

Существо не находило ответов.

Оно только смотрело.

И ждало.

Время почему-то потекло совсем медленно, тягуче, как мёд. Существо уже вообще не знало, сколько уже ждёт. Оно знало только то, что цель не двигалась с места.

Он всё ещё сидел на полу, прижимая к себе женщину, и молчал.

Она затихла. Рыдания стихли, превратившись в тихие, прерывистые всхлипы, а потом и вовсе в ровное, спокойное дыхание. Она уснула — измученная, опустошённая, выплакавшая все слёзы, что у неё были.

А вот он не спал.

Он смотрел в пустоту поверх её головы, и в его алых глазах не было ничего. Та же пустота, что в глазах существа. Та же бездна. Тот же вопрос, на который не было ответа.

Почему?

Существо не знало, сколько ещё прошло времени, но женщина проснулась.

И вдруг цель заговорила.

Тихо, почти беззвучно, глядя куда-то сквозь стены.

— Я должен уйти, — сказал он. — Мне нужно стать сильнее. Моей силы… её не хватает.

Пауза.

— Я не могу защитить вас, оставаясь таким, какой я есть.

Существо замерло.

Приказ Создателя пульсировал в его сознании: найти. защитить. умереть.

Но сейчас цель говорила о том, чтобы уйти.

Уйти туда, где существо не сможет его защитить.

Уйти туда, где приказ станет невозможен.

Уйти туда, откуда может не вернуться.

Существо не знало, что делать.

Оно умело только ждать.

И оно ждало. Пока ждало.

Цель медленно, очень медленно, будто боясь её потревожить, высвободился из объятий женщины. Уложил её на диван, подложил под голову подушку, укрыл пледом.

Потом встал.

Существо увидело его лицо полностью.

Алые глаза, опухшие от слёз, но уже сухие. Губы, сжатые в тонкую, белую линию. Скулы, заостренные от усталости и недосыпа. Кожа, посеревшая от истощения.

Но в этих глазах не было пустоты.

В них горел огонь.

Тот самый, что существо видело в глазах Создателя, когда он отрывал свою руку. Тот самый, что зажёг мир сто лет назад и до сих пор не погас.

Цель подошла к окну.

Он долго смотрел на город — дымящийся, умирающий, но всё ещё живой.

А потом прошептал:

— Я вернусь. Обещаю.

Существо сжалось в своём углу.

Оно не знало, что такое обещания.

Но оно знало, что приказ Создателя — защищать эту цель.