Книга Маг, запирающий страны, страница 144 – Aki

Он говорил с леденящей душу логикой. А ещё с логикой обиженного ребёнка. В его словах не было прежней стратегии, не было титанической воли, не было того ЗАМЫСЛА! Была только обида, раздутая до космических масштабов, и холодная, цифровая уверенность в своей неуязвимости.

Я слушал его ещё довольно долго.

И с каждым его словом во мне гасла последняя искра той тёплой, человеческой надежды, что я, глупец, лелеял где-то в глубине. Надежды на то, что в этом существе ещё остался ОН. Великий стратег. Человек, который даже в агонии ядерного огня думал о будущем. Человек, которым я, в своём прежнем, ничтожном виде даже… гордился. Которого уважал.

Но его не было.

Вэй после приёма препарата, по крайней мере, остался самим собой, пусть и доведённым до абсолюта.

Это же… это был просто сломанный фрагмент. Повреждённая запись прежней личности, обильно залитая ядом цифрового безумия. Призрак, мстящий миру за то, что мир убил его тело, даже не понимая, что сам он уже давно стал частью убийцы.

Я устало, очень устало вздохнул. Звук вышел неестественным, очень тяжёлым.

— Не так я представлял нашу встречу, — сказал я, глядя сквозь фиолетовый силуэт. — Я думал… даже не знаю, что я там думал. Что мы, два урода, рождённые пеплом одной страны, найдём какой-то… общий язык? Что вы, с вашим умом, поймёте, что я делаю… Почему я это делаю.

— О чём ты говоришь? — его голос стал резким, подозрительным. — Какой язык? Ты — бог. Я — чума. Между нами может быть только война.

— Да, — тихо согласился я. — Только война… Между нынешниминами может быть только война. Потому что вы правы. Я не могу убить вас. Пока вы — это.

Я поднял голову, и мои золотые глаза встретились с местом, где у него должно было быть лицо.

— Вы существуете в среде, созданной человеческим разумом. В технологиях. В сетях. Вы — паразит техносферы. — Я сделал шаг вперёд, и земля подо мной застыла, превратившись в зеркальную поверхность, отражающую багровое небо. — Значит, выход у нас только один. Кардинальный, чтоб его.

Фигура из молний отпрянула, почуяв нечто новое в моей интонации.

— Что ты задумал, маг?

— Я задумал хирургическую операцию на теле всего человечества, — сказал я, и в моём голосе впервые за долгое время прозвучала не холодная воля, а… сожаление о том, что я собирался сделать. Глубокое и бездонное. — Чтобы вырезать раковую опухоль, иногда приходится ампутировать конечность. Чтобы убить цифрового паразита… нужно уничтожить его среду обитания. Всю. До самого основания.

Тишина повисла на миллисекунду. Потом фигура взорвалась яростным вихрем молний.

— Ты… ты не можешь! Это безумие! Целые отрасли! Знания! Прогресс!

— Именно, — перебил я его, и мои слова начали наливаться металлом. — Технический прогресс. Тот, что привёл вас к власти. Тот, что создал бомбы, стёршие мою страну. Тот, что породил вас. Тот, что создал меня. Этот прогресс оказался тупиковой ветвью. Опасной. Заражённой.

Я поднял руки, сосредотачиваясь. Вся моя воля, всё моё существо, только что уничтожившее континент и бога, теперь обратилось не на нового врага, а на весь мир вокруг него.

— Я заставлю всё человечество забыть, — сказал я, и мой голос впервые зазвучал не только в воздухе, но и в самой ткани реальности, на всех языках, во всех умах, отголоском древнего, довременного грома. — ЗАБЫТЬ О БЫЛОМ ТЕХНИЧЕСКОМ ПРОГРЕССЕ!