Книга Пенрик и Дездемона. Книга 3, страница 175 – Лоис МакМастер Буджолд

Губы Боша дернулись.

— Тронио явно так считал. Рач… выглядел не столь уверенным. Что мне кажется любопытным. Да, он не такая важная фигура, как Тронио, но он не глуп и не рассеян, иначе Метани никогда не поручил бы ему столь деликатное дело. Бордейн мне не нравится, но я не уверен, что, хм, доверяю суждению Тронио насчет него. Тронио был явно расстроен, и это, видимо, повлияло на его способность мыслить здраво, вылившись в, э-э, брюзгливость. Я пытался направить допрос в эту сторону, когда появились вы.

— Мне в голову не пришло, что вы хотели продолжать.

— Образ поджидавшего меня в финале парусинового мешка подстегнул мое воображение.

Этот человек вообще понимает, какой он потрясающий? спросила Дез, увлеченная уклончивым рассказом не меньше Пена.

Думаю, госпожа Ксарре и Танар понимают. Этого может быть достаточно.

Такая уклончивость была обычной манерой Боша общаться. Должно быть, несколько часов в его компании довели Тронио и Рача до исступления.

Я заметила, что он не спросил, кто, по твоему мнению, отравил Метани, сказала Дез.

Да, и бьюсь об заклад, что он увел Тронио в сторону от этого вопроса. Все разговоры на эту тему придется отложить до того момента, когда они действительно останутся одни.

Стон с соседней койки привлек всеобщее внимание. Рач открыл глаза, моргнул. Его рука метнулась к пустым кинжальным ножнам, и он рывком сел. Одного безумного взгляда хватило, чтобы понять, где он находится: в лазарете не было ничего особенного, однако стражники Нао у двери выдали, кому он принадлежал, а хмурые лица Пенрика и Боша намекнули, как глубоко Рач провалился в этот новый нужник. Перекинув ноги на пол, Рач приготовился встать, возможно, прыгнуть.

— На вашем месте я бы этого не делал, – заметил Пен. Он кивнул на сосредоточенных стражников. – Они в лучшей форме, чем вы, и… я тоже чародей.

Рач только что видел, что разъяренный чародей может сотворить с человеком. Приглушенно выругавшись, он рухнул обратно на койку и сгорбился.

Пен знал, что его нарколептическая процедура не причиняет боли и пациент приходит в себя в ясном сознании, пусть и немного дезориентированный.

— Я рад, что вы к нам вернулись, – сказал он головорезу. – Мы как раз о вас говорили.

Тот зашипел сквозь зубы.

— Тронио, – пробормотал он, вспомнив последние моменты до беспамятства. – Этот мешок с червями… – Его взгляд вернулся к Пену. – И он сбежал, будто кролик, от тебя? – Рач прищурился. – Погоди. Ты правда тот чародей из Вилнока! Любимчик Джурго. Что ты…

«Здесь делаешь», – мог бы закончить за него Пен. Это объясняло, почему Рач казался Пену смутно знакомым – не лицо, но душа, которую Пен на краткое мгновение почувствовал на крыше своего дома. Должно быть, Рач тоже видел Пена издалека в Вилноке.

— Полагаю, для начала нужно сообщить, что мне известно все, что знала Аликстра, – сказал Пен.

— Безмозглая девчонка, – пробормотал Рач. – Джурго ее повесил?

— Нет. Ее помиловала вышестоящая инстанция.

Для Рача это прозвучало как бессмыслица, и он не стал в нее вникать.

— Тронио сказал, что сегодня утром из дворца Метани пропал ее сосунок. Он весьма расстроился. Ты имеешь к этому отношение?

Пен покосился на Боша, который ответил невинной улыбкой, немного застывшей от макового сиропа. Еще один вопрос, от которого он увел своих захватчиков?