Книга (Не)случайная наследница чайной, страница 2 – ЮЭл

Губы скривились в подобии улыбки. Красненькое. Спасение для женщин с разбитым сердцем. Универсальное обезболивающее, пусть и временное.

Воспоминания нахлынули внезапно, как порыв ветра. Он. Его лицо, такое родное еще вчера. И та, другая, в ИХ постели. Свадьба. Белое платье, мечты о будущем… Всё разбилось в один миг, рассыпалось на осколки, как хрустальный бокал, брошенный в стену.

— Прекрасно, – пробормотала я, глядя на свои дрожащие руки. – Просто прекрасно. Сначала лишают мечты, потом еще и напиток для забытья не продадут, потому что время вышло.

Попыталась разглядеть на наручных часах время. Длинная стрелка неминуемо приближалась к двенадцати, тогда как короткая почти дошла до одиннадцати. Ускорила шаг, словно могла убежать от боли, от предательства, от самой себя. Город, казалось, насмехался надо мной: яркие огни рекламы, веселые лица прохожих, уютные кафешки с теплым светом в окнах. Всё это было чужим, далеким, словно происходило в другом измерении.

— Держись, – шепнула себе, сжимая кулаки. – Просто дойди до магазина. Просто купи бутылку. Просто забудь.

Но забыть было невозможно. Боль пульсировала в висках, сдавливала грудь, отравляла каждый вдох. Я шла, маленькая, потерянная, в большом, равнодушном городе, надеясь лишь на то, что бутылка красного сможет хоть немного заглушить этот рвущийся из глубины сердца крик.

Желанный магазин, словно мираж в знойной пустыне, маячил совсем рядом. Оставалось лишь завернуть за угол, пересечь дорогу – плевое дело. Но, как это часто бывает, стоило мне возжелать чего-то, как все мироздание сговорилось помешать моей цели. Словно сама судьба решила встать между мной и долгожданным напитком, моим спасением от горькой реальности.

Не успела я сделать и шагу, как предательская труба водостока, обветшалая и проржавевшая от времени, оторвалась от стены под моим случайным прикосновением. Я едва удержалась на ногах, проклиная все на свете. Отшвырнув в сторону длинный, зловеще звякнувший об асфальт кусок металла, я, полная решимости, завернула за угол и увидела, что светофор безмолвно застыл, словно сломанная игрушка. Красный свет зловеще подмигивал, издеваясь над моим отчаянием.

«Ну что ж, вселенная, – мысленно обратилась я к невидимому врагу, – если ты думаешь, что сможешь остановить меня, то глубоко ошибаешься»! Через неделю должна была состояться свадьба. Свадьба с человеком, который клялся оберегать меня от всех бед и несчастий. Наивная дурочка, я верила ему! Он бы, возможно, и дальше притворялся любящим и заботливым, если бы я случайно не застала его в постели с одной из его же коллег.

Теперь, чтобы заглушить боль, залечить раны, мне необходимо оно. Красное, терпкое, обжигающее горло, уносящее прочь воспоминания. И если Вселенная считает, что какая-то жалкая сточная труба и сломанный светофор могут остановить преданную женщину, то она жестоко ошибается. Недаром же классик писал про коня и горящую избу!

Игнорируя мигающий красный свет, словно призывающий меня к благоразумию, я ступила на выцветшие белые полосы «зебры». Сердце бешено колотилось в груди, отчаянно отсчитывая последние секунды до спасения. Я уже была почти на середине дороги, когда оглушительный автомобильный гудок пронзил воздух. Инстинктивно повернувшись на звук, я увидела лишь ослепительный свет фар, бьющий прямо в глаза. Страх, леденящий кровь, парализовал меня. Мир сузился до яркого пятна, и я замерла, ожидая неминуемого, а в голове пронеслось нелепое: «Красненького не будет»!