Книга Барышня ищет разгадки, страница 191 – Салма Кальк

И невестой одного из самых видных женихов города, да. Мы с Мишей уговорились венчаться после Пасхи, я навестила портниху Татьяну Ивановну и заказала ей платье. Точнее, мы долго сидели над модными журналами и выбирали фасон, она настаивала на модном, я хотела много пышных юбок… она меня убедила, в конце концов. И вправду, много пышных юбок было бы дома, а тут — пускай будет по здешней моде.

А ещё Иван Алексеевич очень интересовался моими служебными делами. Он ходил со мной в Кузнецовскую больницу, наблюдал, как я работаю, подсказывал, как делать это с меньшими затратами сил, а случалось, что и помогал.

Севостьян Михайлович задержался в Сибирске — потому что решил самолично объехать крупные поселения губернии и составить мнение о том, сколько некромантов здесь нужно. Они делали это вместе с Мишей — потому что тот как раз всё знал, показывал и рассказывал. К Страстной неделе собирались всё это завершить.

И поэтому в тот день Иван Алексеевич остался в доме Соколовских, обещавшись прибыть ко мне в больницу позднее, а я с утра писала отчёты по вчерашним опросам. Ничего особенного — только необходимое.

И когда за мной пришёл мальчик и передал просьбу прийти в дом купцов Родионовых, я совершенно спокойно собралась, сказала Ивану Дмитриевичу и Василию, куда я иду, и отправилась.

Мне не очень-то хотелось снова идти в тот дом, но — записка была сформулирована со всем возможным уважением. «Были бы Вам весьма признательны», «в любое удобное для Вас время» и что там ещё. Поэтому я дошла, постучалась, кивнула лакею-привратнику, поклонилась Наталье Павловне — та стояла на лестнице, традиционно хмурилась и молчала.

— Добрый день, Наталья Павловна. Вы желали меня видеть?

— Добрый день, Ольга Дмитриевна. Верно, желала. Идёмте, я изложу вам свою просьбу.

И почему-то она повела меня не наверх, где располагались парадные и жилые комнаты, как в прошлый раз, а по первому этажу за лестницу, и привела в какое-то подобие конторы. Стол, шкаф, в шкафу какие-то папки, несколько стульев.

— Присаживайтесь, Ольга Дмитриевна, — кивнула мне хозяйка.

— Благодарю и слушаю вас, — я и впрямь присела на стул, стул скрипнул, заходил подо мной, но я нашла точку опоры.

— Понимаете ли, Ольга Дмитриевна, мне очень важно знать о той особе, о существовании которой вы рассказали нам с братьями в прошлую нашу встречу. Всё же её сын — тоже наш племянник. Ни Иван, ни Илья, ни Игнат не желают поддержать меня в розысках, а мне нет покоя, пока я не найду нашего самого младшего, — Наталья Павловна вздохнула, глядя в потолок, а я отчётливо увидела — лжёт.

В чём же? В том, что хочет найти родственника? Или в своих мотивах?

— И чем же я могу вам помочь? — нужно же узнать, да?

— Вы ведь некромант, вы можете расспросить нашего батюшку ещё раз.

В смысле — ещё раз? Его ж того, отпели и похоронили?

— Что-то я не понимаю вас, Наталья Павловна. Я расспросила его, пока это ещё было возможно, но сейчас-то уже нет, так ведь?

— Некромант может поднять и того, кого уже похоронили, я слышала о том, как близ Александровского целый погост подняли! Мне столько не нужно, мне только с батюшкой бы ещё разочек поговорить, да и только, — теперь Наталья Павловна смотрела в упор, не сводя с меня глаз.

Что ж, я тоже умею в упор. И я маг, да какой, а она — нет. Поиграем в гляделки?