Книга Ангелина. Проклятая сила, страница 146 – Салма Кальк

— Нежить, — подтвердил наставник. — Готовься.

Пан Адам поступил, как и обещал — отправился со мной в приют, там велел проводить его к Ольге Зиновьевне. Мне сказал остаться снаружи, сам же зашел и чётко, без каких-либо лишних слов известил — практическое занятие состоится сегодня в сумерках, когда завершится — он знать не может, но как только — ученица Ангелина сразу же вернётся, куда положено. Я подглядывала в щёлочку и невольно улыбнулась, увидев выражение лица всемогущей Стрекозы — близок локоть, да не укусишь, хочется запретить нарушение распорядка, да нельзя. Пан Адам же поклонился и вышел, и кивнул мне — мол, пошли обратно, чего тут.

— А ужин? — спросила я.

— Пани Хелена накормит, — отмахнулся он.

Но я всё же выпросила минутку — сказать, чтобы меня сегодня не ждали, сначала чтобы съели мой ужин, а потом — играли без меня. Я, конечно, главмастер, но потихоньку учу себе других мастеров и игротехов, чтобы умели справляться сами. И чтобы смогли продолжить, если я ушла на практику, или если вдруг судьба моя поменяется, и я покину приют. Правда, я совсем не представляла, что нужно сделать для такой вот перемены, или что должно случиться помимо меня. Значит, пока живём так.

Меня страшил выход против нежити — просто потому, что самая первая моя нежить оказалась… нетипичной и близкой мне. Но пан Адам уже рассказал множество историй о том, что нежитью может оказаться кто угодно, а ещё бывает такая нежить, что умеет принимать облик дорогих людей. Бой с нежитью — всегда испытание для некроманта, и только от воли, решимости и силы мага зависит, выйдет ли он победителем.

— Понимаешь, Аниолек, для большинства неживых даже малая толика нашей силы смертельна и способна упокоить. Ты тогда упокоила своих приютских очень легко, им много не нужно было, твоя трудность была совсем в ином. Но случается так, что нежить ходила по земле долго, накопила силы и мощь, и тогда уже — кто кого, или ты, или тебя. Помни о том. Помни, что живая, что ты — страж для живых, ты — неодолимая для смерти преграда. И так победишь.

Я уже знала, что Вовку наставник берёт с собой почти всегда, и нередко даёт ему самому упокоить неживое. Мне же предстоял первый выход.

Ещё я знала, что заранее обычно непонятно — что предстоит увидеть, будет это только-только народившаяся посмертная сущность — я теперь знала такие слова — или же уже набравшаяся сил от живых. Но если моя судьба — бороться с этим вот, то нужно идти и учиться, так ведь?

И я иду. Завязываю волосы, убираю под платок — чтобы не мешались. Ещё бы куда деть это дурацкое приютское платье, чтобы в длинной юбке не путаться, но — другого ничего нет. Хоть Мария Владимировна и выполнила своё обещание — у меня появились неплохие крепкие башмаки, хорошего качества чулки — несколько пар, и несколько новых сорочек — раз я не хожу на рукоделие и не могу их сшить сама. Конечно, на меня косились, и учителя, и одноклассницы, но Тань ухмыльнулась и напомнила — а вот увела бы вас Коломенцева на ту сторону, и не было бы вам никакого дела до чужих сорочек.

На удивление, тот случай изрядно примирил со мной всех тех, кто до того по каким-то причинам меня не любил. Стеша Козина больше не огрызалась, да и другие девчонки в спальне — тоже. Принимали мою помощь на математике — когда не могли решить задачу. Подсказывали на законе божьем — если я забывала какие-то слова и детали во время ответа. Сторожили мою порцию, если я запаздывала на ужин.