Книга Ангелина. Проклятая сила, страница 140 – Салма Кальк

— А может, они из тех, кого не успели похоронить, кто умер, да потом во флигеле лазаретном сгорел? — спросил кто-то из воспитателей, заглядывавших из коридора.

А шепотки шли дальше, распространялись по всем у дому — нашли, всех нашли, и Лизу Коломенцеву, и тех, кто её увёл, всех нашли, спаси и помилуй нас, господи.

— Ольга Зиновьевна, вы поняли, что если бы не Ангелина — то Лиза увела бы и Козину, и остальных, с кем в спальне жила? — неожиданно для всех нас спросила Эмилия. — Я видела из дверей, как там вышло. Она не испугалась. Я-то как поняла, что Лиза неживая уже, так и просто даже шагу сделать не смогла. А она и смогла, и Стешу спасла, и нежить упокоила. А если бы не она, если бы её не обвиняли, если бы она не пошла к наставнику, то мы бы сами и не поняли ничего! Так бы и считали, что просто дети нас обманывают. И нас бы тоже увели, всех бы увели!

— Что за ужасы вы тут говорите, Эмилия Карловна, прекратите немедленно! — Ольга Зиновьевна брезгливо морщится. — Как есть, так и есть уже, всё, точка. Нам придётся сообщить обо всём попечителям, и хорошо, что госпожа Ремизова собственными глазами всё видела. И позаботиться о детях. Обо всех — и о живых, и о мёртвых. Батюшку Феодосия сюда позвать немедля. Урок уже закончился, что там с ужином? Пойдите и проследите, и Апрелкову тоже заберите в столовую.

— Идь, децко, — пан Адам легонько подтолкнул меня к дверям. — Дою́тра.

Я уже знала, что «ютро» означает «завтра». Я тихонько попрощалась с ним, с Иваном Дмитриевичем и Марией Владимировной, и бросила последний взгляд на лежащие тела. Прощайте Верочка, Люба, Варя, Туся. И Лиза.

В коридоре толпились все подряд, и как раз Анна Иннокентьевна отправляла всех в столовую.

— Никакой опасности нет, пропавшая Коломенцева нашлась, увы, мёртвой, мы непременно помолимся за упокой её души. И за души тех, кого нашли вместе с ней.

— А как нашли-то? И где? — спросил кто-то из мальчишек.

— Маги нашли, то не нашего ума дело, — строго ответила директриса.

— У Линки спросим потом, — говорит кто-то, — она как пить дать всё видела и знает!

— А чего у неё лицо такое, будто ревела?

— А ты сама попади вот так, тоже заревёшь!

В общем, я дошла до столовой и до нашего стола, там на меня уставились и соседки мои, и все остальные.

— Ты жива? С тобой-то всё слава богу? — неожиданно спросила Стеша.

— Я жива. Со мной всё слава богу, — кивнула я.

Жива, здорова, завтра пойду изучать магию дальше — что ещё мне может быть нужно-то? А о чём плачу до сих пор — то только моё, других не касается.

Но после ужина ко мне подошла Тань. Внимательно меня осмотрела и спросила тихонько:

— Не расскажешь, что там вышло-то? Кто Коломенцевой не позволил Козину увести на ту сторону?

— Что ты видела? — спрашиваю.

И уже из того, что ответит, буду соображать — что говорить мне самой.

— Всё видела, — пожимает плечами Тань. — Если бы не ты — Козиной бы не жить, она сама вроде докумекала, ну и ещё ей подсказали, конечно, в какую сторону думать. Она ж и в страшном сне бы не увидела, до чего её подружка дошла.

— Подружку просто увели, — пожимаю плечами.

— Вот-вот, увели. И ты ведь знаешь, кто увёл, да?

— Знаю, но их уже нет. Ни одной из тех, кто уводил. Больше никого не уведут.

Боится, что ли? Нет, вроде не боится. Тогда что именно хочет знать?