Книга Наследие графского рода, страница 64 – Таисия Тишь

В сенях было темно и холодно. Мари, взяв со старой полки три эмалированных чашки, обернулась к Лидии Петровне, которая вышла за ней.

— Тётя, — тихо, но резко сказала Мари. — Ты им веришь? Всей этой истории?

— Верю фактам, — так же тихо ответила Лидия Петровна. — И Володе — точно. Он документы видел. Берг сломался. Система — да, она такая. Одна махина на другую.

— А Юра? — голос Мари прозвучал горько и почти болезненно остро. — Володя его выгораживает. Говорит, что он ничего не знал. Хорошо. Допустим. Но что ему нужно теперь? Почему восемь лет от него не было ни слуху ни духу, а явился он именно сейчас? Он приехал ко мне? К Павлу? Или к тому, что на Павла записано?

Лидия Петровна шагнула ближе. В темноте её лицо выглядело высеченным из камня.

— Дурная, — отрезала она безжалостно. — Ты глаза-то раскрой. Если бы ему нужен был только мальчик и бумажки, он приехал бы не так. Не с Володей, не со мной и не с таким лицом.

Мари молчала, сжав чашки так, что пальцы побелели.

— Я не понимаю, как он на меня смотрит. Как на беду? Как на долг? Как на вину своего отца? Или как на дорогу к Паше? Или… как на женщину? — Слова невольно подпрыгнули, и она продолжила шёпотом. — А мне сейчас нельзя ошибиться. Не со мной — с Пашкой. А я даже не знаю, были ли те письма, что он, говорит, писал…

— Вот именно, с Пашей, — жёстко кивнула Лидия. — И потому думай головой. Если бы Юра хотел отобрать его, он приехал бы не так. Или вообще послал бы кого. А что до того, как смотрит... тут в нём всего намешано. Но не жадность. Жадность я за версту чую.

Мари отвела глаза.

— А Володя? — тихо спросила она. — Я вижу, что ему стыдно. Вижу. Но он тоже исчез. Тоже не пришёл. И теперь я не знаю, пришёл он как брат или как дядя наследника.

— Пришёл как брат, — отрезала Лидия. — А вот дальше уж видно будет, на что его хватит.

Она помолчала и добавила уже чуть мягче:

— И знаешь, что я тебе ещё скажу. Юра до сих пор в тебя влюблён, дурачок несчастный. Даже жалко его, болезного. Но для тебя-то это только на руку, в любом случае, чтобы ты там по нему ни решила для себя. Подумай об этом.

Мари на миг растерялась от слов «влюблён». В её глазах промелькнуло сомнение, почти неверие и даже какой-то страх. Но Лидия тут же перешла к делу, и это вернуло Мари к реальности.

— Не веришь мне… Ну что ж, увидишь, у меня глаз намётан. Ты ему как свет в окошке, только не нравится мне, как он на Павлушу смотрит. Так что обе приглядываться будем. Может, и выгоним взашей, да только сейчас Юра нам нужен: я так поняла, он этих канцелярских пройдох умеет бить их же оружием, так что не торопись гнать. Со временем всё успеется, сама про себя потом решишь.

«Он нам нужен». Эти слова подействовали на Мари как холодный душ. Страх и подозрения отступили, уступив место трезвому расчёту. Она кивнула, коротко и решительно соглашаясь.

— Ладно, — прошептала она. — Ладно, тётя. Я поняла.

— То-то, — фыркнула Лидия Петровна. — Неси чашки, греться будем.

Чай пили молча. Сахар был только кусковой, один на всех, его делили щипцами. Павел, окончательно проснувшись, устроился рядом с матерью и украдкой изучал Юру, который сидел напротив и смотрел в свою чашку.

Тишину нарушил Володя. Он поставил чашку, и звук был неожиданно громким.