Книга Золотое проклятье, страница 74 – Мэри Уэбб

Все молча перетаптывались и отводили глаза. Вероятно, ни для кого не было секретом, что Кестер отличный борец, и драться с ним никому не хотелось. Мистер Гримбл смотрел на него как на злейшего врага. Казалось, он весь кипел от ненависти. И дальнейшие события подтвердили, что так оно и было. Видно, ему надоело подпевать мистеру Хаглету, и на сей раз он выступил первым номером:

— Молодой человек говорит складно. Что до меня, я готов принять его предложение отменить сегодняшнюю травлю быка – при одном условии.

— Выкладывайте, – сказал Кестер.

— Ты будешь сам вместо быка отбиваться от собак.

Мистер Гримбл залился скрипучим злорадным смехом, а мистер Хаглет, по обыкновению, захохотал во все горло.

— Ну что, попался, умник! – крикнул он, а мистер Гримбл прибавил:

— Похоже, ты не прочь отдать свой кошелек бессловесным тварям. Но даже тебе не захочется отдать им на растерзание свою плоть!

— Ну все, готовьте травлю! – приказал мистер Хаглет.

— Иди назад, привяжи быка, – сказал мистер Каллард жене, которая уже собиралась передать своего питомца Кестеру, с тем чтобы тот добровольно вернул его ей.

Мистер Хаглет тотчас забыл про Кестера и снова занялся приготовлениями.

— Чью собаку выпускаем первой?

— Мистера Таулера. За ней – собаку трактирщика, – ответил один из владельцев арены.

— Таулер, иди сюда!

Кестер стоял, не свозя глаз с мистера Гримбла, пока тот не пришел в замешательство – сам он всячески избегал встречаться взглядом с Кестером.

— Вот была бы потеха, а, мистер Гримбл? – наконец вымолвил Кестер. – Когда еще увидишь, как человека травят собаками.

— Хм, на такое никто не пошел бы, дураков нет.

Кестер посмотрел кругом и сказал:

— Друзья! Если я приму приглашение мистера Гримбла выйти в круг вместо быка и сразиться с вашими свирепыми псами, которых будут по одному выпускать на меня, – причем обязуюсь не убивать их, а только посадить на цепь, голыми руками, без всякого оружия, – если я приму этот вызов на свой страх и риск и справлюсь с задачей, вы дадите мне письменное обещание в следующие десять лет не устраивать травли быков в Лаллингфорде? Если не справлюсь – значит я проиграл и все остается по-прежнему.

Все разинули рты, пока его слушали.

— Господи Исусе!

— Бог ты мой!

— Черт побери!

— Ого, будь я проклят!

— Разрази меня гром!

В общем, обычный мужской гомон.

Кто-то крикнул, что это никуда не годится. Но любопытство взяло верх: эдакой травли здесь сроду не видывали. К тому же все знали, что местный священник, ярый противник сей славной забавы, давно подговаривает сквайра положить ей конец. Так отчего не потешиться, пока цирк не прикрыли? И когда мистер Хаглет вдоволь насмеялся и снова мог говорить, он растолковал все это толпе и громко крикнул:

— Кто за – поднимите руки!

И все, кроме, может быть, десятка человек, проголосовали за небывалое зрелище.

— Выбор сделан! – объявил мистер Хаглет. – Твое предложение принято, мой дружочек!

Я схватила за рукав Тима, сына мельника, и велела ему сбегать к Кестеру и шепнуть ему, что у Гримбла теперь новый пес, до невозможности злой! Хотя в глубине души я знала: ни мое предупреждение, ни любые другие попытки помочь ему ничего уже не изменят. Что делать, что делать, в ужасе думала я, и не находила ответа. Но одно я твердо решила. Буду держаться как можно ближе к Кестеру и, когда он окажется на земле, подбегу и оттащу его за круг, а если Гримбл попробует помешать мне, то пожалеет об этом! Ничто не сравнится с яростью любящей женщины, и я всегда диву давалась, как Богоматерь могла не вцепиться в центуриона, разве только ее Сын приказал ей терпеть и не вмешиваться. Боюсь, на ее месте я забыла бы про любые приказы.