Книга Золотое проклятье, страница 23 – Мэри Уэбб

— Я слыхал, будто бы дьявол умер, – сказал Бегилди, – но это враки, ибо не далее как вчера я с ним повстречался и мы очень мило побеседовали, и, кстати, Пру, он весьма рад компании твоего отца.

— Ну, будет тебе болтать языком, – осадила мужа миссис Бегилди, лихо ощипывая птицу, – только перья летели во все стороны, прямо снежная буря в комнате! – Слыхала новость, Пру, что прошлой ночью ткач Джон Уивер, бедняга, сбился с дороги в лесу и утонул в Блэкмире? Верно говорят: где одна смерть, там жди и другую.

— Да как же это, ведь он ушел от нас всего за час до рассвета! – удивилась я.

— Хватило времени, хватило. В лесу ночью тьма египетская!

— Кто же заменит его?

— По слухам, есть какой-то племянник, учится на ткача. Но ему еще год или два ходить в учениках. Думаю, пока наймут кого-нибудь, – вставил Бегилди.

— Чем все думать, – вспылила миссис Бегилди, – лучше бы сам подрядился работать!

Она вынула из огня кочергу и с таким свирепым видом опалила курицу, словно то была не курица, а ее муженек-бездельник.

— Женщина! У меня есть дела поважнее, чем сплетать нити в ткань для жалкой умирающей плоти. Не я ли ловлю в силки духов, как кроликов, и не даю им тревожить людей? Не я ли благословляю и посылаю проклятие, и кого благословлю, того ждет удача, а кого прокляну, тот наплачется? Не я ли исцеляю от бородавок, и коклюша, и бесплодия, и ломоты, и предсказываю будущее, и нахожу воду в глубине земли? Разве не побеждает в петушином бою та птица, которую я благословил? Ха, да стоит мне захотеть, я мог бы сделать восковую куклу по образу и подобию каждого, кто живет здесь, и все бы зачахли, все до одного! Разве это все не в моей власти, женщина?

— В твоей, дорогой, если верить тебе.

Миссис Бегилди соединила куриные ноги и для верности проткнула их железным прутиком.

Я видела, что колдун не на шутку рассердился, и начала рассказывать его жене, что буду ходить к нему на уроки – учиться читать и писать.

— А твой чепец не съедет от этого набекрень, детка? – спросила она.

Миссис Бегилди, как и многие, полагала, что если у человека не все в порядке с внешним видом, то у него и в голове непорядок. По этому правилу Джансис, которая часто вела себя как самая настоящая дурочка, должна была бы считаться умнейшей девицей.

— Хм, у Пру чепец никуда не съедет, – сказал Бегилди. – Боюсь только, слишком много вопросов под ним. Но из Пру выйдет хорошая ученица. Начнем ровно через неделю, Пру. А ты, Джансис, возьми метлу и приберись у меня в комнате. Сложи в стопку книги, приготовь мне перья. Да поосторожней с моими бутылями, никогда не знаешь, кто повылазит оттуда. Нам здесь призраки не нужны. Еще вот что, чуть не забыл: можешь выбросить жаб из-за сундука, они все уже дохлые.

— Пру, – шепнула мне Джансис за дверью, – если ты скажешь мне, как сделать такие локоны, я скажу тебе, как разгадать любимую загадку отца. Я случайно узнала: один раз при мне ему кто-то дал правильный ответ.

— Я накручивала пряди на кочергу, подружка, – сказала я. – Не слишком горячую. Только сперва хорошенько ее отчисти. А ответ на загадку говорить мне не надо – сама разгадаю.

Когда я проходила мимо пышных кустов шиповника возле наших ворот, мне на платье брызнула роса, скопившаяся в сердцевине цветков. Кругом стояла такая тишина, что слышно было, как за мыском, на церковном лугу, пасутся овцы, и как рыба играет посреди озера, и как вяло бьется вода о большие жесткие листья камышей.