Книга Демоны Олимпа: Мой дорогой злодей, страница 94 – Валентина Зайцева

С этими словами он одним резким движением сдёргивает с меня одеяло и упрямо смотрит прямо туда, где сходятся мои бёдра. Его широкие ладони властно ложатся на внутреннюю сторону моих ног, медленно разводя их в стороны.

И тут до меня доходит. Как будто обухом по голове. Доходит то, зачем именно он припёрся.

— Мне не хватит пальцев на руках и ногах, чтобы перечислить все причины, почему ты конченый психопат, вломившийся ко мне посреди ночи как озабоченный маньяк! — выравнивая дыхание, произношу я. — И уж поверь, я заставлю тебя выслушать каждую из них. Громко. С чувством. С выражением.

Встретив его ошеломлённый взгляд, я сама плавно расслабляю и развожу бёдра.

— Но это будет завтра.

Глеб ничего не отвечает. Он лишь опускается ниже на кровати, с каким-то гипнотическим оцепенением уставившись между моих ног, словно там спрятана отгадка к главной тайне вселенной. Кожу мгновенно обжигает жаром; я чувствую, как лицо заливает краска по мере того, как остатки сна окончательно улетучиваются. Мы с Глебом спали много раз, но он никогда... не разглядывал. Не так. Не там. В ушах всё ещё звучит его давний, уставший и высокомерный голос: «Да ну, бред какой-то». От этого воспоминания хочется мгновенно сжать колени и натянуть одеяло до самого подбородка.

Но прежде чем я успеваю двинуться, его пальцы касаются внутренней стороны моего бедра. Глеб наклоняется совсем близко, и его горячий язык проведёт влажную, обжигающую полосу снизу вверх по моим складкам.

Это ощущается как точечный ядерный взрыв, мгновенно пробуждающий каждый нервный окончание. Голова идет кругом от этой неожиданной, мокрой, неистовой страсти.

Второй пассаж его языка — прямо по самому чувствительному центру — заставляет меня судорожно вскрикнуть и раскрыться ему навстречу ещё шире.

— О-о-х, Боже... — выдыхаю я, буквально плавясь на простынях.

В ответ его широкая ладонь властно ложится мне на бедро, фиксируя меня, пока язык продолжает настойчиво исследовать моё тело. Самое сумасшедшее — то, насколько сильно меня это заводит. Мои пальцы сами собой запутываются в его густых волосах, пока он ласкает меня. Честно говоря, как любовник в этом деле он пока довольно неуклюж. Никакой изысканной техники! Он то хаотично ласкает мой клитор, то опускается ниже к самому входу. Порой это больше похоже на какой-то слишком агрессивный поцелуй, когда он чуть присасывается, а потом отстраняется. Никакой чёткой системы, никакой видимой цели.

И боже мой... это, пожалуй, лучшее, что со мной было!

Я не свожу с него глаз, потому что только так могу окончательно поверить в происходящее. Это Глеб Вилков. Его голова прямо у меня между ног. Он старательно, пусть и немного угловато, ласкает меня языком, и, если он удержит этот ритм ещё секунд пять, я просто сойду с ума от разрывающего удовольствия.

А самое крышесносное — это те редкие мгновения, когда он бросает на меня быстрый взгляд снизу вверх. Этот его полуприкрытый, дерзкий, невероятно уверенный взгляд, который обычно так бесит, сейчас заставляет кровь закипать.

Я пытаюсь подаваться бёдрами вслед за его языком, когда он чуть отклоняется, но стараюсь не навязывать движения. Глебу моя инициатива не слишком нравится: он издаёт досадливый, рваный выдох и сжимает моё бедро сильнее, уверенно фиксируя на месте.