Книга Найду тебя. Часть 1, страница 17 – Маша Малиновская

Хватаюсь за телефон, намереваясь посмотреть в группе микрорайона, может, кто-то предлагает мелкую работу по дому или няней на выходные, когда он вздрагивает в руке, а на экране высвечивается номер Павла Дмитриевича.

— Лика, привет, — говорит, когда беру трубку. — Бар снова открывается. Я понимаю, что ты в тот раз испугалась, но мне некогда искать новых официанток, тем более Наташа всё же уволилась. Очень надо.

Я на секунду закрываю глаза. В груди переворачивается всё при воспоминании о том вечере. Но деньги мне нужны. Срочно. У меня нет вариантов.

— Плачу на десять процентов больше.

— Пятнадцать, — выдаю на выдохе, молясь, чтобы Дмитрич меня не послал сейчас. — И деньги в конце смены.

— Хорошо, — отвечает довольно спокойно.

Собираюсь быстро. Выуживаю из шкафа чистую футболку и чёрные джинсы, волосы заплетаю в привычный «дракончик».

Перед уходом звоню Майе.

— Эй, как ты? — спрашиваю, натягивая кроссовки и придерживая смартфон ухом.

— Да... Вроде нормально, да. Только завтра в универ... страшно. Вдруг они опять...

Я зажмуриваюсь. Эти сволочи сегодня хорошо нам всем нервы потрепали. Не знаю, что у них там случилось, но Вяземскому позвонили, он коротко ответил, и их потом будто сдуло. Однако Майе и этого хватило. Этот ублюдок Герман на неё явно глаз положил.

— Будем держаться вместе, — пытаюсь её приободрить.

Мы прощаемся, я скидываю звонок и кладу трубку в карман, решив не говорить Майе, что снова иду на смену в бар. Да и зачем ей это знать.

В баре сразу принимаюсь за работу, на ходу надев форменный передник. У Дмитрича действительно напряг с персоналом, потому что сам он стоит за баром, а его жена руководит на кухне. В зале работает только Лена и Света. Втроём мы к концу смены свалимся просто.

И посетителей довольно много уже, так что прохлаждаться некогда. Однако, хоть работы и много, чувствую я себя словно на иголках. Каждый раз звон колокольчика на входе заставляет замирать. Первые раз десять так точно.

Но на одиннадцатый я как раз записываю заказ небольшой компании ребят за дальним столиком, поэтому даже не реагирую. Поднимаю глаза уже чисто автоматически, чтобы запомнить, куда сядут новые гости и потом подойти к ним.

И в первую секунду мне даже кажется, что это страх со мною злую шутку играет…

Но нет. Ублюдки действительно снова здесь. Меньшим составом, но во главе со своим вожаком.

Хозяин бара, увидев их, сам напрягается и выходит из-за стойки. Я инстинктивно сдвигаюсь ближе к кухне, к заднему выходу, ощущая, как сердце начинает колотиться буквально в горле.

Но Вяземский кивает хозяину бара с лёгкой ухмылкой.

— Спокойно. Сегодня мы пришли чисто посидеть.

Дмитрич показывает рукой на свободный столик, один из лучших, а у меня тошнота подкатывает к горлу от его услужливости к подонкам, которые буквально на днях разнесли его бар. Хотя и понимаю, что делает он это из страха.

Придурки располагаются, о чём-то негромко болтая, ржут.

— И да, кстати, — окликает Вяземский Дмитрича, — хочу, чтобы нас обслужила вот эта.

Он кивает на меня и недобро ухмыляется. Вот же сволочь…

— Чего желаете? — говорю сквозь зубы, упёршись взглядом в салфетницу на столе. Не хочу смотреть на этих придурков.

Чувствую, как каждая клеточка тела гудит от напряжения. Кладу меню, молча, подчёркнуто холодно. Внутри всё клокочет, жжёт, будто меня в печь засунули. Но я держусь. Максимально спокойная, почти каменная Лика.