Книга Тайга заберет тебя, страница 108 – Александра Косталь

Говорить с ними не имело никакого смысла, и тратить на это время она не собиралась. Поэтому сорвалась с места, взлетая по лестнице по направлению к спальням. Не смогла пройти мимо комнаты Славы – в их доме на море ему была отдана ее собственная, в то время как сестра переехала в более маленькую, которую когда-то занимала бабушка. Старушка к тому времени уже умерла, и комната была скорее доказательством, что человек когда-то жил – хранил сорочку под подушкой, шаркал по паркету клюшкой, складывал в сервант хрусталь. Все ее вещи тогда собрали в кладовке, а сама Варя еще две недели пыталась выветрить запах старого человека, который не могла объяснить, но чувствовала очень остро. Когда-то это был один из поводов возненавидеть нового члена семьи.

Только теперь большая комната принадлежала ей. На кровати, как всегда, лежал ноутбук, косметичка и какие-то мелочи, которые она могла хранить неделями на половине кровати, вторую оставляя под сон. В шкафу нашлись косухи и кроссовки, о которых пришлось позабыть на севере, а на верхней полке даже стояли целые куклы-монстры, которых Варя так долго выпрашивала у родителей, когда они еще были популярны.

У привидения Слава однажды оторвал голову и разрисовал лицо, а гаргулью вовсе разобрал на все шарниры и разбросал по участку, так что собрать воедино так и не удалось. Сейчас они стояли целые, будто ни один ребенок к ним не прикасался, а делал это только коллекционер, бережно доставший кукол из коробок и поставивший на полку, только чтобы любоваться и смахивать пыль.

Как же Варя тогда злилась на двухлетнего Славу! Убить была готова. Но теперь, при взгляде на монстров, ее обуревал лишь гнев. Она схватила обеих и со всей силы, что только была ослабевших от паники руках, швырнула в стену.

— Да черт бы с ними! – воскликнула Варя, тяжело дыша и чувствуя биение сердца в висках.

Черт со всеми куклами, когда-либо побывавшими в руках. Черт с большой комнатой, из-за которой она так злилась. Черт со всем этим домом, с разрисованными конспектами и обоями, с разбитой посудой и забытой учебой. Черт со всеми «друзьями», бросившими Варю в сложное для ее семьи время. Черт с этим югом – уехать куда угодно, хоть на полярную станцию, лишь бы Слава был рядом.

Дергал за руку. Просил сделать бутерброд. Хвастался своими новыми друзьями. Пускай и замирал, но сестра была готова нести его на руках это время, сколько бы приступ ни длился. Делать с ним уроки даже до конца жизни. Завести собаку, которую он хотел, но ради нее больше не поднимал этой темы, – и со страхом своим Варя бы справилась, будь он просто жив.

И рядом.

Она не заметила, как стала швырять в стену все, что попадалось под руку: кукол, одежду, книги, лампы и даже хотела бросить ноутбук, но подоспевший вовремя отец успел выхватить его из рук.

— Ты что устроила? – раздраженно поинтересовался он, отставляя технику на стол, себе за спину, и вставая в угрожающую позу. На носу у него были очки, которые отец снял за пару месяцев до рождения сына, после коррекции. – Что за истерика из-за какого-то Славы, о котором ты нам с матерью даже не говорила никогда? Выдуманный он, что ли?

— Сам ты выдуманный! – зло закричала Варя ему в лицо и была готова драться, если придется, хотя это и бесполезно. – Вы все здесь выдуманные! И ты, и мама, и дом этот чертов! Только Слава настоящий, понятно? И он сейчас там, в Якутии! И я еду к нему!