Книга Земля костяных богов. Взывающие корни, страница 56 – Александра Косталь

Двор слабо освещал свет лампы из распахнутой двери дома, но Назар отлично разглядел даже через линзы очков, как в глазах Арсения что-то дрогнуло. Дрогнула завеса, которой он предпочитал отгораживаться от мира. Они знали друг друга не больше года, и снимали вместе лишь раз. Тогда Арс произвёл впечатление хладнокровного руководителя, который не будет мешать, если взрослый человек по собственной воле решит испортить себе жизнь. Только если он не теряет денег. А если сейчас бо́льшая часть команды пропадёт в лесу, деньги будут потеряны немаленькие.

Именно эта чаша весов и перевесила – сомнений не осталось.

Поэтому их руководитель с устало поникшими плечами плотнее запахнул пальто и мрачно, не глядя на Назара, произнёс:

— Нужна тележка или что-то вроде того. Если эти энтузиасты решили в руках дрова носить – к утру не закончат.

— Хорошая мысль, – кивнул Назар, с облегчением выдыхая.

Они и правда нашли в сарае старую тачку с чуть спущенным колесом и двинулись по освещённой луной дороге в сторону леса. Шли молча, размышляя каждый о своём. Только скрип тачки и разносился по округе, вымершей так же, как прошлой ночью.

— Помнишь, ты говорил, что в этих местах орудовала секта в двухтысячных? И про жертвоприношение на горе Чумбылат, – неожиданно спросил Арс, так что Назар, катящий тачку, даже запнулся и чуть не рухнул. – Ты в порядке?

— В полном, – отозвался Назар. – Ты ведь сказал, что мы здесь не из-за неё. С чего интересуешься?

— Хочу понять.

— Что именно?

Арсений задумался, тяжело вздыхая. Потёр глаза ни то от недосыпа, ни то от напряжения из-за темы разговора и вдруг признался:

— Почему эта гора сводит с ума.

— Были прецеденты? – не желая спугнуть внезапную искренность, поинтересовался Назар. – Кроме тех сектантов?

— Кроме – не знаю. Но это ли не феномен, что могила хрен знает когда похороненного богатыря заставила столько людей поехать крышей?

Назар пожал плечами. Понимал, что Арс ждёт от него активных высказываний, но у него не было своего мнения по этому поводу. Он считал, что подобные размышления не имеют смысла: ни к чему философские разговоры о делах минувших не приводят. Поэтому продемонстрировал свой коронный жест: мол, не знаю и ответить тебе ничего не могу. Людей это злило, но защищало Назара от излишних вопросов.

Рано или поздно им надоедало говорить самим с собой.

Но теперь что-то изменилось. Возможно, ему просто стало жаль Арса: слишком сильно, слишком лично он болел за этот фильм. Таким Назар его не знал.

— Думаю, люди по какому только поводу с ума не сходят. А если был человек, которому подобное оказалось выгодно, то здесь и причина массовой паранойи: если предводитель внушал что-то, то сектанты ему и верили.

Арсений взглянул на него с прищуром, невесело усмехнулся:

— Не ожидал от тебя таких умозаключений, если честно.

— Почему?

— Не выглядишь интеллектуалом. Без обид.

— Без обид, – кивнул Назар, и эхо их голосов унеслось вместе с порывом ветра.

Он и не был интеллектуалом. Зато тему сект изучал досконально, до мельчайших деталей весь подростковый возраст: слишком хотел знать, что такого родителям дал их духовный наставник, что они продали всю недвижимость, отказались от переливания крови и бросили сына, чтобы отправиться в мир иллюзий о лучшем мире после смерти.