Книга Земля костяных богов. Взывающие корни, страница 12 – Александра Косталь

Вновь почувствовав это липкое ощущение потери контроля, она расслышала странные звуки. Земля под ней ходила ходуном, посылая предупреждение: кто-то приближался. Его шаги были тяжёлыми. Настолько, что птицы на деревьях проснулись и унеслись ввысь, а мыши зарылись глубже в норы. Только шаги чудовища остались, заставляя Олю крепче сжимать идола и нож.

То был медведь.

Оля не сомневалась в своей догадке ни секунды. Убежать ей не удалось бы, а оружие в руке могло лишь позабавить бывалых охотников. Всё, на что могло сгодиться лезвие, – вскрыть банку с тушёнкой, и то неизвестно, какой металл окажется невредим. Медведю эта зубочистка даже шкуру не пробьёт.

Шаги становились почти оглушающими. Зверь чуял добычу. Будь проклят Чодыра Юмо. Он явно решил, что дни незваной гостьи сочтены. И закончатся они первой же ночью не от холода или голода, а будут оборваны когтистой лапой с бурой шерстью. Один удар, и карты рассыплются в беспомощности. Рухнет идол в мох и будет в нём похоронен. А саму Олю никогда не найдут в этом бесконечном лесу, откуда нет выхода.

Она зажмурилась, кожей ощущая взгляд. Слышала, как зверь принюхивается. Тот стоял за её спиной, не видя силуэта за сосновым стволом, зато отлично различая запахи: аромат кондиционера от куртки, духи с лавандой, шоколад и бруснику на пальцах, пот, но главное – страх. Адреналин в крови.

Охота начинается.

Косолапые шаги вразвалку приближались. И когда чужое дыхание раздалось над ухом, Оля была уверена: так она и умрёт. Или сначала потеряет сознание, чтобы сдаться объятьям смерти без попыток к сопротивлению.

* * *

За три часа, что Ваня дежурил на дороге, на горизонте не появилось ни одной машины. Арсений сам отправил его туда, чтобы меньше донимал своим легкомыслием. Он верил, что ничего страшного не случилось, хотя до остальных членов группы эта мысль доходила медленно. Арсений, который собрал всех здесь, наблюдал за этим с иронией, иначе бы ему пришлось молиться вместе со Снежаной. Она забилась в угол между сиденьем и окном, закрыла глаза и тихо что-то шептала. Похоже, справляться с проблемами по-взрослому её никто не научил.

Начинало холодать, сгущались сумерки, а тепло прогретого печкой салона медленно уходило. Дверь заклинило, поэтому даже закрыть её не выходило, только если вырывать с корнем. Арсений тем временем занял кресло водителя в надежде если не понять его местонахождение, то хотя бы найти направление, в котором стоит двигаться, чтобы выбраться как можно скорее.

Но ничего интересного он не нашёл. В дверце торчали несколько пустых бумажных стаканов из-под кофе, над магнитолой оказалась прикреплена икона, а в бардачке нашлась старая инструкция по сборке стиральной машины, два диска с шансоном и отвёртка. Джентльменский набор не слишком впечатлял, но, когда Арсений доставал многостраничную поэму о технике на китайском, рука зацепилась за что-то острое – на тыльной стороне ладони выступили капли крови. Он выругался, спускаясь с сиденья и заглядывая внутрь.

Небольшой клапан торчал на ровной пластмассовой поверхности, и стоило за него потянуть, как в уже пустой бардачок вывалился свёрток, запылённый и испачканный чем-то вязким. Пальцы мгновенно слиплись, и Арсений понял это слишком поздно. Однако не развернуть бумагу ему не позволило любопытство.