Книга Свято место, страница 138 – Тем Гарценштейн

— Ты же не хочешь закрыться тут в одиночестве, чтобы придумать нечто опасное? – нахмурилась Агнет.

— Я? Опасное? – искренне удивился Юстин. – Никогда.

— Ты готовишь план операции, верно?

— Погоди немного, ты первая обо всем узнаешь.

Они отлично понимали друг друга, и терзаться, вытягивая информацию, не было смысла. Хмыкнув, Агнет встала, задвинула со скрипом стул и направилась к двери.

— Дорогая?

Обернулась – Юстин сидел, чуть склонив голову, и улыбался.

— Ты же помнишь, что портвейн – очень крепкий напиток. Пожалуйста, не напивайся особо. Я тебя с двумя здоровыми руками еле нес, а сейчас могу и уронить.

* * *

Гретхен потянулась к бутылке и, не слушая слова Агнет о том, что этикетку не разобрать – все стерлось, поднесла к лицу. Нахмурилась. Желтая бумага, порванная по углам, но видна тонкая золотистая рамка. Проведя пальцем по темно-зеленому стеклу, Гретхен разглядела циферки – наверное, дату разлива, а потом увидела едва различимые буквы: и, з, а, р.

— Кинзар. Там самые большие виноградники и делают почти весь алкоголь. – Агнет сделала большой глоток и продолжила: – Раньше на юге, близ Аргофа, тоже что-то варили, но из-за Первого появления перестали.

Гретхен кивнула и снова принялась изучать бутылку. У напитка был странный кисленький привкус, и она никак не могла понять, вишня это или что-то другое. Состав стерся окончательно, остались лишь какие-то черточки и точки, но внизу этикетки был кучерявый завиток и длинный падающий крючок. Гретхен прищурилась и повторила этот знак в воздухе.

Когда она нарисовала этот знак на бумаге, то, глотая горькую слюну, посмотрела на лист, а затем зажмурилась и отвернулась. Заглавная В, украшенная лозой, – клеймо на ее жизни.

Агнет вытянула ноги и легко прошлась пальцами по юбке, разглаживая складочки. Вздохнула, когда распрямила спину, и как-то по-старчески крякнула, возвращаясь к стакану. Дернула каменными лопатками, словно в ознобе, провела ногтем по голубоватому краешку посуды, будто пытаясь отколоть стекло.

— Итак, – начала она, торопливо перебирая в голове темы для разговора. – Как работается с Юстином?

Гретхен задумчиво отодвинула от себя стакан с портвейном и, хмурясь, поглядела на Агнет.

Ничего особенного. Просто сижу и записываю.

— А-а, – кивнула Агнет и захлопнулась, как оконная рама при сквозняке. Им совершенно не о чем говорить, и обе это понимали. – Юстин не сильно загружает?

Гретхен смотрела на свое отражение в темно-красной жидкости и чувствовала, как снова и снова поднимаются в гло́тке слова, чтобы снова и снова, утонув в алкоголе, рухнуть в живот. Она чувствовала себя рядом с Агнет неуютно, будто графиня давила присутствием, и весь ее кабинет напирал со всех сторон. Гретхен бросила взгляд на полки, где в банках среди мутной светло-зеленой жидкости плавали жирные черви, а рядом висел потрепанный плакат – грифельный человек, черные кости и красные сосуды. На письменном столе – аккуратная стопка бумаг. Поднося стакан ко рту, Гретхен подумала о том, что место действительно похоже на хозяина.

У Юстина много вещей, оставшихся от былых товарищей. Беспорядок на первый взгляд невидим, есть только рабочая атмосфера, множество бумаг, строгие ряды книг и легкий полумрак, скрывающий часть кабинета – точно тень, что порой закрывает истинные эмоции статхаудера.