Книга Наследник иллюзий, страница 170 – Мэделин Тейлор

— В принятии есть своя сила, крошка. – У нее на губах расплывается задумчивая улыбка. – Я с радостью уйду в иной мир. Может, там я обрету покой, который так и не нашла в этом.

Ее слова перекликаются с тем, что на балу сказала мне богиня Прорицаний. «С правдой нельзя бороться, дитя. Только принять такой, какая она есть».

Я качаю головой.

— Нет. Этого я не могу принять. – Воспоминания обрушиваются на меня, и перед мысленным взором мелькает бледное лицо Леоны, на котором застыла маска смерти. – Он не должен этого делать. Только не снова.

Мэйбин опускает взгляд на ожерелье, висящее на моей шее.

— Давно ты его носишь?

— Пятнадцать лет, – отвечаю я. – Еще с детства.

— С теми, кто вмешивается в судьбу, случаются ужасные вещи. – Она просовывает хрупкую руку сквозь прутья решетки, и от вида ее костлявого запястья к глазам подступают слезы. Она касается холодными пальцами моей щеки и вытирает соленую влагу. – Помни, судьбу можно лишь отсрочить, но не изменить.

Взгляд Мэйбин становится острее, чем прежде, и на мгновение я снова вижу перед собой ту хитрую женщину с даром иллюзий, какой она когда-то была.

— Некоторым наследникам суждено возвыситься, другим – пасть. Но ты способна распоряжаться своей судьбой, Айверсон.

Я хочу уточнить, что это значит, но Мэйбин убирает руку и предупреждает:

— Тебе пора уходить. Медлить опасно. – Она вглядывается в темноту позади меня, и в ее глазах отражается беспокойство. – Найди меч и разбей связующие тебя цепи. А теперь уходи и не возвращайся, иначе тоже окажешься здесь в ловушке.

Я встречаюсь с ней взглядом и вижу в нем намек на стыд.

— Уходи, – повторяет она.

Мэйбин берет свою лампу, готовясь погасить ее, но напоследок смотрит на меня.

— Ты в самом деле очень красивая. – Она изучает мое лицо, каждую черточку, и ее глаза наполняются слезами. – И так похожа на своего отца.

С этими словами она тушит пламя, и камера вновь погружается в темноту. Как же мне освободить ее? Отчего-то это кажется важным, словно именно для этого меня сюда и привели. Однако все бесполезно: решетка заколдована, как и мое ожерелье. Единственный способ вытащить ее отсюда – найти меч.

Теперь на кону не только моя собственная свобода.

Бросив на нее последний взгляд, я ухожу и на обратном пути обещаю себе, что найду альманову и освобожу нас обеих.

Я пробираюсь через густой лес, слушая, как под ногами хрустят опавшие листья. Шелковое платье цвета ржавчины цепляется за ветки и колючки, отчего на подоле остаются прорехи. Не самый практичный наряд для прогулки по лесу, но сегодня мне захотелось выглядеть как можно лучше.

Для Леоны.

У меня с собой букет сирени, ее любимых цветов – точно таких же, как нарисовала для нее Делла. Сегодня год со дня смерти королевы. Сначала я подумывала пойти в «Маскью» и провести этот день с Деллой, но засомневалась, что она бы мне обрадовалась. К тому же она наверняка предпочла бы скорбеть в одиночестве.

Вместо этого я решила прийти к завесе. Мне показалось, что это хороший способ почтить память покойной королевы. Этот лес – одно из немногих мест, которое в равной степени принадлежит и живым, и мертвым. Холодный ветерок касается моей обнаженной кожи. Какая бы жара ни царила в городе, здесь всегда прохладно. Бытует мнение, что это как-то связано с душами, которые пролетают через эти леса по пути к завесе.