Книга Железный характер Кристианы Морли, страница 33 – Елизавета Соболянская

В результате, прерываясь на чай и ужин, мы закончили переписывание нот к ночи. Сберегли изрядный запас свечей и масла для ламп, спать легли почти вовремя, да еще я посоветовала Александре сделать на ночь чайные компрессы для глаз, чтобы не пугать утром всех своим красноглазием. Поскольку я и сама улеглась в кровать с платочком, пропитанным остатками заварки, соседка решилась попробовать это средство.

За тонкими стенами еще шуршала бумага, раздавались стоны и вздохи, сильно пахло нагретым маслом и растаявшим воском, а мы уютно дремали под компрессами под молитву на итальянском, которую прилежно читала моя няня.

Утром встали довольно бодро.

Ночью прошел дождь, освежив крыши, и мы подмерзли под тонкими и колючими одеялами, зато лица выглядели свежими, а глаза — ясными.

Когда мы спустились к общему завтраку в небольшую, отведенную для наших собраний комнату, половины девушек просто не было за столом, а те, что все же пришли, выглядели ужасно — помятые, красноглазые, с искусанными губами и перемазанными чернилами пальцами. На нас все дружно посмотрели как на врагов. А вот Сесилия де Анкоро, сидящая во главе стола, взглянула с интересом.

Мы чинно съели кашу, запили ее чаем с молоком и куском сдобной булки, и узнали, что ее светлость ждет нас к обеду с готовыми нотами.

Чтобы не сидеть взаперти, я сразу спросила — дозволено ли нам выходить в сад при дворце? Статс-дама чинно кивнула:

— Да, конечно, мадемуазель, всем служащим Двора ее высочества позволено гулять во внутреннем саду. Единственное — вам не дозволяется покидать пределы сада без разрешения ее высочества и сопровождения.

Я присела в книксене, и мы с Александрой отправились к себе, чтобы переодеться для прогулки.

Две папки с нотами перед уходом на завтрак мы убрали в ящик стола, но, собираясь покинуть комнату надолго, я задумалась. Кто знает, что пообещали девушкам, приехавшим сюда? И на что они готовы пойти, чтобы уничтожить соперниц? Я взяла свою папку, покрутилась по тесному помещению и… спрятала ее под сундук. Не в сундук, не в стол, не под матрас — именно там обычно прячут свои “секретики” юные девы, считая невозможным посягнуть на чужую постель.

Александра посмотрела на меня и проделала то же самое со своей папкой, серьезно заявив:

— Благодарю за подсказку, мадемуазель Морли!

После чего мы с ней переодели платья, взяли плащи, перчатки, закрепили шляпки и отправились на прогулку.

Долго ходить мне было тяжело, особенно по лестнице, но в саду нашлись скамеечки, так что я большую часть нашей прогулки сидела, дышала свежим воздухом, любовалась просыпающейся природой. Более активная Александра бродила по дорожкам неподалеку, неизменно возвращаясь ко мне, чтобы продолжить разговор обо всем понемногу.

О том, что она впервые выехала в столицу и живет где-то одна. О том, что ее страшно пугал в детстве сосед с косматыми бровями и слишком пышными бакенбардами. О том, что маменька велела ни в коем случае не читать неприличных книг, а вот ей бы очень-очень хотелось прочесть “Евгения Онегина”, но ее предупреждали, что герой этой книги — негодяй, и приличной девушке о нем читать нельзя. Вдруг влюбится? И найдет себе потом такого же негодяя!

Я посмеялась и зачитала ей несколько строф из начала книги: