Книга Чудовище Невы, страница 33 – Ирина Ширяева

В пустые глазницы были вставлены шарики с радужкой и зрачками, в результате чего скелет обрёл взгляд. Однако взгляд этот получился довольно странным – неподвижным и, прямо скажем, жутковатым.

Мёртвые глазные яблоки попытались замаскировать обычными очками. Однако это ничего не изменило. О тёмных же очках на балу не могло быть и речи.

В конце концов скелет приспособился держать голову так, что создавалось впечатление, будто он смотрит поверх толпы – в туманную даль. То ли презирая мелкие земные проблемы, то ли прозрев там очередной гениальный замысел.

Ну что ж, по крайней мере, это было логично.

Костик с удовольствием вертелся перед зеркалом и делал селфи. Отправлял его в «Зашкафье» с комментарием: «Волнуюсь, как Наташа Ростова перед первым балом». И получал кучу лайков и советов.

— Н-да, – с сомнением сказал вернувшийся ни с чем с Воскресенской набережной Стива. Он обошёл скелет со всех сторон, с пристрастием его разглядывая. – Боюсь, что ни одна барышня не захочет танцевать с… такой экстравагантной личностью…

Митя удручённо вздохнул. Стива был прав.

— Ну и ладно, пусть не танцует… Тогда… тогда пусть Костик руку поцелует той, которую посчитает подозрительной… – предложил Митя. – Нам же только прикосновение нужно!

— По правилам хорошего тона барышне руку не целуют, – заносчиво заметил Костик. – Только замужней даме.

— Ой, можно подумать, никто это правило не нарушает!

— Только не в Смольном! – парировал Костик.

— Ты же в образе творческой личности! – настаивал Митя. – Творческие личности склонны к сумасбродным поступкам!

— Il est sans gout et vulgaire^[26]! – упёрся скелет.

— Ладно, пусть Костик действует по обстоятельствам, – миролюбиво решил Стива.

Насчёт появления Костика на балу пришлось лично договариваться с начальницей института madame Вильман. В Смольный нельзя было являться без приглашения.

Стива представил Костика как режиссёра модного эстетского направления, снимающего фильмы в стиле нео-фи.

В ответ на вопросительно поднятую бровь кавалергард любезно пояснил, что речь идёт о направлении под названием «Новая фильма», или просто «Фи». Чёрно-белая картинка, шестнадцать кадров в секунду, имитация бренчания тапёра и рвущейся ленты.

Даме этот эстетский выпендрёж явно пришёлся не по душе. Она с удовольствием отказала бы Стиве в просьбе приводить на бал подозрительного друга-режиссёра. Хотя бы под предлогом, что бал в честь окончания учебного года устраивается в Смольном только для родственников воспитанниц. Исключение составляют специально приглашённые гости, к которым относились и Стива с Митей – почётные граждане Санкт-Петербурга.

Однако молодой человек вёл следствие по делу о пропавшей подопечной – Лизе Белосельской-Белозерской. И конфликтовать с ним без весомого предлога пока не стоило.

Тем более если учесть, что из-за Лизиного исчезновения традиционный бал вообще находился под угрозой срыва.

Однако в конце концов администрация рассудила: хотя пропажа воспитанницы и ложится тёмным пятном на репутацию института, но всё-таки это, слава богу, не траур. В то время как бал – незыблемая традиция Смольного. И поэтому он должен состояться!

Этим самым администрация даст понять всем недоброжелателям, что успешно справляется и будет справляться с временными трудностями. Что всё в порядке в этом старейшем учебном заведении. Надо только пресекать на балу даже упоминание о неприятном происшествии. И делать при этом загадочно-оптимистичное выражение лица. Мол, есть секретные сведения, что вскоре всё разрешится самым благополучным образом. И не надо здесь сеять панику! А надо танцевать и веселиться.