Книга Всё, что осталось за кадром, страница 19 – Лия Султан

— Здравствуйте, коллеги, — Миллер говорит уверенно.

— Здравствуйте! — хором, как школьники, повторяют они.

За длинным столом сидят четыре редактора: я, продюсер казахского выпуска и два редактора корреспондентской сети, отвечающие за сюжеты из регионов. Также с нами всегда наш координатор, которая мониторит ленты, следит за графиком съёмок и дежурств. Мы все переглядываемся — ну надо, так надо.

— Доброе утро. Не обращайте на меня внимания. Работайте как обычно, — его голос, низкий и ровный, заполнил комнату. Они с Айдаром садятся на другом конце длинного стола, прямо напротив меня.

— Начнём, — говорю бодро, не зацикливаясь на его присутствии. — В Астане сегодня предварительное слушание по делу Перизат Кайрат. Все же помнят, кто это, да?

Обвожу взглядом своих зумеров. Они, как котятки, такие испуганные и милые. Надо продолжать воспитывать в них жестокость и дисциплину.

— Экс-директор благотворительного фонда, которую обвиняют в растрате благотворительных средств. Сумма хищений — 3,5 миллиарда тенге (6,6 млн долларов), — отчеканивает Вика Кан.

— Молодец! Садись, пять! — хвалю её. Мир новостей устроен так, что редакторы всегда выделяют сильнейших и дают им сложные темы, которые всегда ставятся в топ верстки. Просто мы знаем возможности каждого и работаем на результат. — Столичное бюро сделает сюжет, но если нужно кого-то записать, вы будете на подхвате. Вика, с тебя материал по следам вчерашнего пожара. Хронология, причины, интервью очевидцев. Нуржан, узнай, как и когда проверят другие детские дома, сколько из них в аварийном состоянии. Ерке, запишешь руководителя управления соцзащиты, узнаешь, что будет с детьми дальше. Нужно понять, временное это расселение или их ждёт перевод в другие учреждения.

Я поймала волну, и всё идёт хорошо, но внезапно телефон, лежащий передо мной на столе, разрывается от нескольких уведомлений подряд. На экране вспыхивают сообщения от Жанибека. Одно за другим, одно за другим. Чёрт, почему нельзя писать всё одним текстом?

— Извините.

Краснею, как помидор, быстро беру телефон и ставлю на беззвучный режим. Но когда кладу его обратно и поднимаю глаза, то встречаюсь взглядом с Артуром.

Это мой, мой жизненный принцип Это мой, мой фирменный стиль Не пытайся снова вернуть назад Того, кого однажды отпустил.

Полина Гагарина "Шагай"

Артур сидит, откинувшись на спинку стула. Поза расслабленная, в глазах нет ни любопытства, ни осуждения. Только холодный, аналитический интерес. Он замечает моё смущение, видит, что я покраснела, и теперь изучает мою реакцию. Уголки его губ чуть поджаты — единственный намёк на какую-то внутреннюю работу.

— Ответьте, — говорит он перед всеми. — Наверное, что-то срочное.

Его голос ровный, без единой нотки насмешки, но я воспринимаю его вмешательство слишком остро. Вскинув подбородок, смотрю на него с его же знаменитым нордическим спокойствием.

— Подождут, — отрезаю. — А мы продолжим.

Его глаза на пару секунд сужаются. Не ожидал. Ну и не надо было комментировать. Мало ли, кто мне пишет.

Я возвращаюсь к плану, новостям и заданиям. Говорю чётко, по делу, не давая ни малейшего повода заподозрить, что внутри меня точит червячок негодования, потому что я всё ещё чувствую его взгляд на себе. Не на редакторе казахских новостей, не на редакторе корсети Яне, которая сейчас рассказывает, какие съёмки будут сегодня в регионах. Нет, блин, именно на мне.