Книга Всего одна ночь, страница 60 – Лия Султан

— Ты украла у меня мужа! Шалава! Думаешь, спрячешься? Я тебя выживу отсюда! Пусть твой ублюдок сдохнет!

У меня перехватывает дыхание.

— Пошла вон отсюда. Я вызову полицию.

— Вызывай. Сейчас все узнают, кто ты на самом деле, сука.

Дрожащими руками хватаю телефон с комода и включаю камеру. Голос тоже предательски дрожит, когда я пытаюсь хоть как-то связать слова:

— В мою квартиру по адресу Гагарина, 249 ломится женщина. Я не знаю, что она собирается делать, но она напугала моего четырёхлетнего сына, и…

Майра снова бьёт по металлу. С каждым ударом у меня подпрыгивает сердце. Мы одни, охранник уже уехал, я знаю. Сама ему сказала у лифта, что дальше мы сами.

— Вылезай, дрянь! Я знаю, ты там!

Тело сковывает страх. Но я стою и снимаю, как какая-то чокнутая баба пытается снести мою дверь.

— Подговорила его, чтобы он отобрал у меня квартиру? Этого добивалась? Тебе ничего не достанется. Мне проще тебя убить, но я ничего не отдам.

Слёзы текут по лицу от страха. Я закрываю рот ладонью, и в этот миг Тим выбегает из зала с криком «Мамочка». Поднимаю его на руки и спешу в детскую. Закрыв дверь, опускаюсь с ним на кровать, прижимаю к своей груди, одной рукой глажу по спине, другой набираю номер полиции.

Девушка-диспетчер отвечает быстро, и я сбо́ивчиво рассказываю ей всё. Она обещает отправить наряд как можно быстрее, но всё равно просит подождать. А я всё ещё слышу эти удары, но не могу пойти в прихожую, потому что вождик обнимает меня и просит не выходить.

Боже, за что мне это? Где я провинилась? Где просчиталась?

Покачиваясь с Тимом и целуя его в макушку, с ужасом понимаю, что сейчас не чувствую себя в безопасности в своей же квартире. Телефон разрывается от сообщений. Со страхом открываю мессенджер и вижу несколько сообщений в чате подъезда.

Аруна — она живёт этажом выше: «Что за шум в подъезде?»

Дима с её же площадки отвечает: «Залетная какая-то орущая у 46-ой».

Раиса, бабулька, которая видела Амира в лифте, ехидно замечает: «А, это Ленка. Ну тогда понятно».

Зайнура, моя соседка напротив:«Давайте без сплетен. Мой муж её прогнал уже. Она наглая, уходить не хотела. Пригрозили полицией».

Раиса: «А что это — Лена сама молчит?»

Зайнура:«Раиса Васильевна, а вам не кажется, что это не ваше дело?»

Раиса: «Не кажется. Я здесь с 1989 года живу. Впервые такое вижу. Ни стыда, ни совести».

Глотаю слёзы и обиду. Я сейчас настолько злая, дезориентированная и уязвимая, что мне хочется всё высказать тому, кто втянул меня во всё это. Набираю Амира, и он быстро берёт трубку.

— Да, Лена?

— Амир…

— Лена? Что случилось?

— Ты же обещал, что всё решишь. Что она нас не тронет… но твоя жена пришла к нам.

— Что она сделала? Где Тимур?

— Он со мной, — глажу его по спине, понимая, что он заснул. — Твоя жена… твоя жена… Я вызвала полицию.

— Выезжаю! — кричу в трубку. — Не бросай трубку, Лена. Говори со мной.

— Я не хочу с тобой говорить! Я ненавижу тебя и твою жену. Понял?

Сбрасываю звонок и бросаю телефон на кровать. Осторожно укладываю вождика на кровать, укрываю и несколько минут сижу неподвижно, разглядывая его спокойное личико.

Майра говорила ужасные, страшные вещи. Я не верю в проклятия, но я — мать, и слышать такое — жутко. Мой малыш ни в чём не виноват. Его рождение было угодно Богу, когда у меня опустились руки. И я повторяю снова и снова, что он под защитой и всё будет хорошо.