Книга Выше только стрижи, страница 15 – Елена Лабрус

Его преображение было настолько разительным и неожиданным, что он, кажется, и сам в него до конца не поверил и до сих пор трогательно краснел в присутствии слабого пола. До сих пор в душе он оставался тем же оторванным от мира простофилей, который любую улыбку принимает за любовь и каждую встречную охотницу за деньгами тянет под венец.

Внимания от девушек ему перепадало нечасто, а уж всего остального, обычно следующего за знакомством, — тем более. Андрей бы не удивился, если бы лет в двадцать Тим ещё был девственником.

Да, девчонки с Тимом охотно дружили, но, как только дело доходило до чего-то большего, предпочитали парней спортивных, уверенных в себе, смелых, в чём-то даже наглых, как Андрей.

К сожалению, излишняя самоуверенность тоже сыграла с ним злую шутку, и Андрей Олейников чуть не женился на одной из таких хищниц. Он тяжело пережил тот случай, нанёсший удар не только его самолюбию, и с тех пор стал ещё подозрительнее и осторожнее.

С той поры как Тимофей похудел, стал зарабатывать баснословные деньги и сделался сильно привлекательнее для женского пола, Андрей был уверен, они вились вокруг него, как пчёлы.

Он понятия не имел, какие женщины нравятся Тиму, — как-то не принято у них было это обсуждать. Сейчас они и подавно жили в разных городах, а до этого вращались в разных тусовках, но, видимо, такие…

Андрей придирчиво рассматривал девчонку. И придраться ему было не к чему. Изящная, как дорогая статуэтка, с дерзким взглядом и острым язычком — просто сногсшибательная смесь.

Впрочем, он заметил это ещё в саду. Ещё тогда, когда она выглядела как замарашка или как воровка, и с того времени сильно прибавила очков.

Сейчас Андрей пытался думать о другом.

Как-то в фильме с Шэрон Стоун, где некрасивый хромой парень всю жизнь любил первую школьную красавицу, он услышал фразу: «Такие, как я, всегда любят таких, как ты».

Конечно, штамп. Конечно, необязательный для воплощения в жизнь сценарий. Но почему-то запомнился, и почему-то сейчас Андрей ловил себя на мысли, что Тимофею, наверное, должны нравиться бабы как раз модельной внешности — такие, с которыми обычно общался он сам.

От этой мысли ему даже стало неловко, будто он отказывал брату в праве на счастье, считал недостойным любви, раз видел его только несчастным, с разбитым сердцем. Но ничего не мог с собой поделать.

Тем более что на деле всё вышло наоборот — сердце разбили Андрею.

Он думал, что встретил ангела: бедную сироту, которая из кожи вон лезла, чтобы заработать на жизнь, да ещё помогала тётке и племяннице. Добрую, нежную, ранимую — ту, кого хотелось защитить и оградить от всех бед. А оказалось, ему попалась ядовитая тварь. Она тянула из него деньги, использовала, высасывала досуха — и ничего, кроме денег, её не интересовало.

В том числе и он сам с его заботами, мечтами и надеждами.

С тех пор Андрей предпочитал девиц из другого круга — из богатых семей, самодостаточных, обеспеченных, не нуждающихся ни в чём. Большинство из них были капризными, недалёкими и эгоистичными, но не тянули из него деньги и не лезли в душу. А большего ему было и не надо.

Он усвоил полученный урок, стал недоверчивым, осторожным, подозрительным, а его беззаботный брат по-прежнему был добрым, открытым и в чём-то даже наивным, когда дело касалось женщин.