Книга Элемента. L, страница 61 – Елена Лабрус

— нет, все именно так как я тебе говорила! если ты какому-то мужику нужна, то он тебя сам найдет!

— намекаешь?

— нет, прямым текстом тебе говорю - зря это все, Ева! зря! ну увидишь ты его, может даже вспомнит он тебя, поздоровается, поговорит ни о чем из вежливости, как ты с этим парнем поговорила, а потом пойдет дальше по своим делам.

— что все так плохо?

— нет, пока все никак! ни плохо, ни хорошо. никак. и мой тебе совет: сиди на попе ровно! найди себе какого-нибудь мужика здесь, просто так, чтобы хоть чем-то себя занять. сходи с подругами пообщайся, ты говорила, вы сто лет не виделись. займи себя чем-нибудь или кем-нибудь на следующие выходные, очень тебя прошу!

Ева понимала, как права была Роза. Как сильно она была права! Она сходила с ума и сама это понимала.

— я постараюсь!

Она нажала "отправить" и заплакала. Ее спокойной, размеренной и такой безмятежной жизни пришел конец.

Дэн открыл глаза в своей комнате в семь утра и тут же закрыл. Какое счастье, что не надо идти одеваться в прихожую! Не вставая с кровати, он сгреб вещи со стула, кое-как сложив их на себя, даже ботинки сверху поставил. Закрыл глаза. Как же хотелось спать! Попытался перенестись в свою больничную комнату. Не получалось. "Черт, одеяло!"- понял он свою ошибку. Пришлось убирать вещи, откидывать одеяло, снова собирать вещи. Он попытался сосредоточиться, обнимая ботинки. Вспомнил про плакат, не открывая глаз, пошарил по стулу, нашел, вдохнул... Ааааа! Постель была ледяная! И вообще в больнице в отличие от дома было прохладнее. Он сбросил вещи с себя на пол, кое-как укрылся, попытался согреться и еще поспать. Было темно, но он всё равно открыл один глаз, убедиться, что в комнате никого кроме него нет. Его смена начиналась в восемь, но от холода и этой суеты с перемещением мозг окончательно проснулся и, судя по всему покемарить еще хоть полчасика уже не получиться. Дэн нехотя стал натягивать на себя больничную форму. Включил чайник. Одна надежда теперь - на кофе. При развешивании притянутых с собой вещей выяснилась недостача одного носка. Мама прибьет за непарные носки! Пришлось вернуться.

Он почистил зубы, взял потерянный носок и оставшийся на тарелке недоеденный с вечера бутерброд. Так и появилсяс носком в руке и бутербродом в зубах. Чайник как раз отключился. Критически осмотрев давно не мытую кружку, Дэн нашел ее пригодной для утреннего кофе, а потому в нее тут же посыпались растворимый кофе и сахар-песок, и полился кипяток. "С добрым утром!" - сказал он себе и начал сёрпать горячим кофе.

Жизнь в Доме Престарелых начиналась рано. С семи утра процедурные сестры измеряли температуры и давления, раздавали таблетки, ставили уколы, бегали по коридору с утками и баночками для анализов. Дэну нравилось, что еще так рано, а жизнь вокруг уже кипит. Он подошел к окну, отдёрнул занавеску. Светало. С кухни, которая находилась прямо под ним, потянуло чем-то приятным. Редкий случай! Кажется, омлет. Он решил сходить за завтраком.

На кухне вовсю кипела жизнь. Жарился омлет. Варилась каша.

— Здравствуйте! - обратился он ко всем сразу.

— И вам, доктор, не хворать! - ответила ему внушительных размеров немолодая женщина, которую все звали просто Лидка, - Кашки или омлета? - перешла она сразу к делу.