Книга Красиво разводятся только мосты, страница 103 – Елена Лабрус

— Тогда у него и узнаю. Спасибо! — Аврора встала.

Легче ей не стало. Да, наверное, и не должно.

«Осталась всего неделя», — полыхнуло в мозгу.

— Мне надо взять с собой какие-то вещи на заседание суда? Одеться соответственно? — имела она в виду: если её прямо из зала суда повезут в тюрьму.

Адвокат понял.

— Нет. Это лишнее. Вряд ли заседание будет единственным. Оденьтесь, как вам удобно.

«Я не могу ходить в одеяле», — вспомнила она, как ответила Демьяну.

Грудь обожгло болью. Но она подавила чувства, на которые больше не имела права.

— И последнее. Не знаю, важно это или нет. Я беременна, — сказала Аврора уже в дверях.

Красин удивлённо приподнял брови.

— Мои поздравления. Конечно, это нужно указать для суда. Но мне потребуется справка от гинеколога. Можно прислать по электронной почте.

— Хорошо, — кивнула Аврора. — Я тогда сделаю… и пришлю.

— Аврора Андреевна, — поднялся адвокат. Удивил. Аврора думала, она так и выйдет, как надоедливый посетитель, удостоенный на прощание лишь кивком. — Обещаю вам, я сделаю всё возможное. Врачебная ошибка — это случайность. Она не имеет состава преступления, не имеет умысла нанести вред здоровью человека, возникает вследствие несовершенства медицины, и я буду настаивать на вашей невиновности.

— Но вы не всесильны, — через силу улыбнулась Аврора. — Я понимаю. Спасибо, Михаил Николаевич.

— Увидимся, — открыл он для неё дверь.

— Да, конечно. Всего доброго! — кивнула Аврора секретарю.

Вышла на улицу. Набрала полные лёгкие воздуха.

«Тянуть дольше нельзя, да и некуда уже откладывать», — сказала сама себе.

Осталась неделя. Аврора ехала домой.

Дом, который Аврора когда-то считала своим, и не показался чужим.

Она вдохнула полной грудью смолистый запах хвои. Открыла дверь своим ключом.

Прошла по длинной галерее.

Их экономка, Антонина Ивановна, скромная тихая женщина, всплеснула руками, увидев Аврору. Обнять не решилась, прижала руки к груди.

— А Валера? — была искренне рада её видеть Аврора.

— Валерий Викторович у себя, — показала женщина наверх. — У него…

— Да, я видела машину, у него Ошеров, — ответила Аврора.

Она пошла, невольно стараясь не стучать каблуками.

Положила руку на перила, словно старого знакомого, приветствуя отполированный тысячами прикосновений дуб. Взгляд упал на застеклённую террасу.

Там с северной стороны дома Аврора любила сидеть в час, когда солнце начинало клониться к горизонту. Недолго слепило, пробиваясь сквозь вековые сосны. Играло зайчиками на веках, когда Аврора, отложив книгу, закрывала глаза.

Её недочитанная книга так и лежала в кресле.

Аврора поднялась по лестнице. Дверь в кабинет мужа была открыта.

Сердце толкнулось в рёбра. Романовский, высокий, статный, с прямой спиной, стоял у окна. В руках белел какой-то документ, он скользил по нему глазами.

— В общем, позвони, обговорим, положим тебя к нам, подумаем, как лучше, — сказал его собеседник. Попрощался. Вышел. Удивился. — Авророчка! — раскинул мощные руки. — Как дела, милая?

— Хорошо, Лев Яковлевич. Спасибо, — улыбнулась Аврора, освобождаясь из крепких объятий. — У вас как дела?

— С божьей помощью, — махнул мужчина, пошагал вниз по лестнице. — С божьей помощью.

— Аврора, — застыл в дверях Романовский. — Аврора! — порывисто шагнул навстречу.