Книга Неживой свидетель, страница 93 – Валерий Шарапов

«Стоп! Это же главарь, он не следил за складами, поручая такую работу остальным, — размышлял Бурцев. — Даже если он лично подбирал точку для слежки, то не по своему исполинскому росту. Укромное местечко присматривают по росту того, кто там прятаться будет. Нелогично получается. Чем же тогда Медведя выдаст наблюдательный пункт? Ничего на ум не приходит!»

— Ты скоро? — поторопил Бурцев Сиплого после бессмысленно потраченных пяти минут.

— Сейчас.

— Вспоминай быстрее, мне надоедает это хождение по кругу! — изобразив нетерпение, соврал майор, которому нравилось смотреть, как арестованный пытается не выдать «секрет». На самом деле Олег Васильевич мог бы прогуливаться с Чарыгиным в парке хоть целый час, лишь бы заметить в его поведении какие-то подсказки.

Чарыгин нервничал. Говорить правду ему не хотелось, но и соврать не получалось. Пространство парка, откуда хорошо был виден склад, слишком открыто, «топтун» там бросался бы в глаза. Участки, где можно удачно схорониться позади деревьев, удалены и не позволяют видеть вход на склад. Наконец бандит облюбовал какой-то молодой ясень.

— Кажись, за этим стоял, — кивнул Сиплый. — Или за похожим. Подойти ближе надо, тогда точно скажу.

«На ходу придумал, шельма!» Майору захотелось выругаться, но он усилием воли подавил растущее раздражение. Глубоко внутри теплилась надежда, что Чарыгин как-то выдаст себя. Вот будут проводить Сиплого мимо наблюдательного пункта, и он не удержится, мельком бросит туда косой взгляд. «Тут-то мы ваши секретики и раскроем один за другим!»

Чарыгина повели к ясеню. На полпути он вдруг резко повернулся в сторону другого деревца, похожего на липу, хотя без листвы точно не определить.

— Спутал я, не это, а соседнее, — сказал бандит. — За ним мы прятались.

— Точно? — с недоверием спросил Ефимов.

— Не знаю, все они одинаковы.

Чарыгин, прибавив шагу, двинулся ко второму дереву, но оступился и повис на капитане. Его подхватили, поставили на ноги, и вдруг он резким движением оттолкнул от себя Варова и отскочил в сторону, водя перед собой дулом пистолета, который изловчился стащить у Ефимова.

— Не дури, Чарыгин! — предупредил майор.

— Назад! — рявкнул бандит.

Дуло задвигалось быстрее, выбирая жертву. Но стрелять Анатолий не хотел. Он сделал несколько шагов спиной вперед, продолжая держать муровцев на мушке. Потом круто развернулся и припустил бегом к выходу из парка. Для человека в наручниках бандит развил приличную скорость.

Бурцев с Варовым достали оружие.

— Стоять! Стой, стрелять будем! — понеслось в спину Чарыгину.

Он побежал еще быстрее.

Майор спустил курок, дав предупредительный выстрел над головой беглеца. Нервы Анатолия сдали, он развернулся и пальнул наугад в сторону оперативников. К счастью, пуля прошла мимо. В ответ прогремели два прицельных выстрела.

Беглец упал в кучу жухлой, побуревшей листвы и перестал двигаться. По холодному воздуху вновь прокатился тоскливый звякающий звук.

— Надо послать за скорой, — предложил Ефимов.

— Варов! Беги в депо, у них есть телефон, — скомандовал Бурцев, и сержант, выбежав из парка, понесся через дорогу в сторону забора из красного кирпича.

Оперативники приблизились, проверили бездыханного Чарыгина. Первая пуля вошла в верхнюю правую часть груди, под ключицей. Вторая — чуть выше сердца, где разорвала аорту. Кровь фонтаном била из раны, обильно заливая одежду, листья и влажную землю. Врачей вызывать поздно, он был мертв. Мысленно Бурцев порадовался тому, что не взял с собой Рудзиева. Кавказца дважды пытались прирезать в ходе расследования, так что в третий раз пуля была ему гарантирована.