Книга Лихоморье. Vivens lux, страница 105 – Полина Луговцова

Пещерные своды с треском расходились в стороны, принимая огромного гостя: Лунный чертог подстраивался под габариты Каменного великана. «Наверное, подобных гостей-гигантов здесь еще не бывало», – подумала Виола, глядя, как каменное тело сшибает на своем пути ледяные наросты, и те крошатся под каменными ступнями, превращаясь в ледяную пыль.

— Он тут мне все разломает! – послышался за спиной недовольный голос Осдемониума.

— Подумаешь, ледышки! – фыркнула Божена. – Если хочешь, потом прикажу ему отстроить для тебя новый замок и еще одну темницу.

— А вот это дело! Надо бы обмозговать.

«Похоже, Блаватская решила, что и дальше будет распоряжаться мной и моим даром», – с грустью отметила про себя Виола.

Песня все еще лилась из нее непрерывными гласными звуками, заклиная Каменного великана исполнять ее волю.

— Он пришел! Хорошо, очень хорошо! – с восторженным придыханием воскликнула Блаватская. – Пусть теперь откроет врата в пекло!

Вратами служил круглый люк в полу: черный диск размером с небольшое озеро поблескивал, точно мутный вороний глаз, выпирая на молочно-белом льду, устилавшем пол Лунного чертога. Густой пар валил от люка клубами, расползаясь во все стороны. Что-то темное двигалось в этих клубах – скорее всего, те существа, которые утащили Марка в пекло.

Повинуясь песне-заклинанию, гороподобный колосс опустился на одно колено, коснулся пальцами края люка, сдвигая его в сторону, и в том месте вспыхнула алым узкая щель. Из нее повалил черный дым, послышались далекие голоса – жуткие крики и злобный хохот. Запахло гарью.

Виола съежилась от ужаса, но продолжала тянуть мелодию. Осталось немного: сейчас Каменный великан шагнет в пекло, приподнимет на миг веко демона с огненным взглядом, а потом вернется назад. На этом его миссия будет выполнена. Если Блаватская не врет, то душа матери Виолы сможет покинуть пекло вместе с великаном, ведь она наверняка узнает его и сможет попросить, чтобы он помог ей выбраться.

Черный всполох пронзил пелену пара и с металлическим звоном вонзился в край люка, задвинув его обратно. Алая щель исчезла. От неожиданности Виола сбилась и замолчала. Осдемониум удивленно крякнул. Блаватская вздрогнула, Мортем соскользнул на пол и завозился под тканью хламиды.

В воздухе пронесся еще один всполох, нечто вроде черной зигзагообразной молнии, подвижный, но твердый, как сталь. Он ударил в лед рядом с Мортемом.

— С-стервец-с-с… – донеслось из-под хламиды. Капюшон приподнялся и стал похож на сгнивший гриб.

Из клубов пара выступил человек, в котором, на первый взгляд, не было ничего сверхъестественного, хотя метать молнии кроме него было больше некому: рост чуть выше среднего, худоват для атлета, но не тощий, темно-русые волосы до плеч, строгие темно-синие брюки, белая рубашка – вид как у прилежного студента, хотя он и казался немного старше этого возраста.

Это был Вольга. Виола ошарашенно вглядывалась в знакомое лицо, не до конца уверенная, что не ошиблась. Нет, точно Вольга, – разве что, золотого «обода» на лбу не хватает, но остался красный отпечаток, словно «обод» только что сняли.

— Всем привет! – Вольга вскинул руку и отдельно кивнул Виоле. – Рад, что с тобой все в порядке. Ну, да с таким защитником вряд ли тебе что-то угрожает. – Он покосился на Каменного великана, безвольно свесившего руки вдоль тела в отсутствии указаний. – Скажи ему, пусть он тебя прикроет, пока я буду разделываться со всякой нечистью.