Книга Подарок для победителя, страница 99 – Алиса Холин

Отстегнув с пояса меч, а затем, удерживая за полы длинное в пол жёлто-красное одеяние, он прошёл к единственному в комнате стулу. Когда усаживался, потрескивающее пламя факелов блеснуло в металлических пластинках на его плечах и груди. Он поставил меч на пол перед собой, а обе руки положил на рукоятку.

— Советник говорил мне, что принесёшь одно большое разочарование, — лицо Короля не выражало никаких эмоций. — Что ж… он оказался прав. И всё-таки я хочу знать: дар в тебе проявился? К тебе уже приходят видения?

Взгляд Кровавого Эдварда впился в меня раскалёнными клещами. Чувствуя нарастающее сердцебиение, я сглотнула. Значит, Король от своих намерений не отступил, какие-то планы на меня у него ещё имелись. Проявился Дар или нет, он захочет им воспользоваться. Это вопрос времени. Только вот раскрываться перед ним я не собираюсь.

— Нет, — солгала я. — Видений ещё не было.

Несколько минут в комнате было слышно лишь потрескивание от трёх факелов.

Затем Король наклонился, опёрся руками о меч и встал. Не торопясь, подошёл ко мне.

— А давай проверим, — его вкрадчивый голос опалил меня изнутри. — Правду бабка про твои хвалёные способности наговорила или соврала, как ты мне сейчас.

В голосе его не было ни злости, ни горечи — в нем звенело леденящее кровь безразличие. Или мне так показалось... Но совершенно очевидным было то, что этот человек готов на все. Мы смотрели друг другу в глаза, и каждый видел своё. В моих он мог видеть только растерянность. А вот в глазах Короля я увидела кровь. Потоки крови! И начнёт она проливаться прямо сейчас!

— Проявите сострадание, не совершайте того, что вы сейчас задумали! — взмолилась я. По спине пробежал холодок тревоги. Нет, я не видела своей гибели, но кожей чувствовала приближение другой беды, чужой. Чьей же?!

— Ты колдунья, вот и прояви свои способности, а заодно сострадание, — сказал Кровавый Эдвард и всадил свой меч в шею Бьёрна, который стоял в шаге от короля. Лицо бывшего воина Радмира беззвучно скорчилось от боли. Могучее тело в самом рассвете своих лет мешком рухнуло на пол и испустило дух.

Я сдавлено выдохнула.

— Оживи его, — приказал Кровавый Эдвард.

— Как? — я уставилась на Короля. — Вы же убили его. В нём больше нет жизни. Я ничего не могу сделать.

Воскресить — не тоже самое, что поднять на ноги тяжелобольного. На такое не способен ни один человек. Король не в своём уме.

— Тогда будешь развивать свой дар в темнице, — он склонился к мертвецу, вытер окровавленный меч о его плащ и пристегнул оружие к своему ремню на поясе.

— Я ничего не стану развивать, — проговорила отчётливо, по слогам.

— Посмотрим. — Глаза Кровавого Эдварда зловеще сверкнули, а брови свелись у переносицы. — Как поступаю с предателями, ты увидела. А чтобы лучше думалось, в камере будет кому тебя наставить на верный путь.

Его слова рикошетом разлетелись по серым стенам и больно, десятками ледяных игл, разом вонзились в самое сердце. От догадки, кто со мной может оказаться в темнице, подкосились ноги.

Меня завели в мрачную, похожую на чулан, комнату с малюсеньким окошком под самым потолком. Дверь, из толстых, с пол моего запястья, металлических прутьев и серые нешлифованные стены. В углу горка лежалой соломы, служившая то ли постелью, то ли туалетом, я сразу и не разобрала.