Книга Ты моё проклятие, страница 48 – Анастасия Итрухина

На посту охраны никого не было, что показалось мне подозрительным. Нет могут же охранники по двое в туалет ходить? Максим говорил, что он удвоил охрану после угроз, но мы никого не видели на подъездной территории. Машина остановилась перед шлагбаумом, мы попросили нас подождать и отправились дальше пешком. В цехе тоже было подозрительно пусто, тихо и темно. Да, рабочий день уже окончен, но ведь внутри должен был оставаться сторож, который следит за дорогим швейным оборудованием и включает дежурный свет. Только благодаря лунному свету, пробивающемуся в большие решотчатые окна, мы дошли до лестницы на второй этаж не ударившись об какой-нибудь стол.

— Странно всё это. – высказала в слух Ира мои собственные мысли.

— Согласна. У охранников одновременно животы прихватило, что они все разом посты покинули?! Нужно скорее найти телефон и позвонить Максиму.

Мы поднялись по лестнице на второй этаж и я открыла кабинет своими ключами. Нажав на выключатель я с сожалением обнаружила, что в кабинете тоже нет света. Я, согнувшись, водила рукой под столом, надеясь нащупать холодный корпус телефона.

— И где же твой знаменитый порядок, братец? — ворчала Ира, бесцельно отодвигая стопки бумаг на его столе. — Здесь же ничего не найти!

В этот момент я его и услышала. Давящая тишина фабрики ночью сменилась настороженной, звенящей. И сквозь эту тишину, словно сквозь толщу воды, доносился приглушенный шум. Неясный, похожий на гул голосов, но без слов, и треск, сухой и отрывистый, как ломающиеся сучья.

Я замерла, затая дыхание.

— Ир, тихо.

Она тут же замолчала, уловив напряжение в моем голосе. Ее глаза, широко раскрытые, вопросительно смотрели на меня. Шум повторился — ближе. Теперь это были уже не смутные голоса, а быстрые, торопливые шаги. Не один человек, а несколько. Они не просто шли, они бежали по коридору. В сторону выхода.

И тут же, словно вырвавшись на свободу вместе с этими шагами, в щель под дверью повалил дым. Не белесый дымок от сигареты, а густой, желтовато-серый, зловещий и стремительный. Он полз по полу, цепляясь за ножки мебели, наполняя комнату едким, сладковатым запахом горящего пластика и дерева.

— Алиса... — прошептала Ира, и в ее голосе не было ни капли прежней беззаботности. Только чистый, животный страх.

Я рванулась к двери и потянула ручку. Намертво. Заблокирована снаружи. Я дернула еще раз, изо всех сил, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Ничего.

— Дверь не открывается! — крикнула я, и голос мой сорвался.

Дым становился гуще. Он уже щипал глаза, заставлял кашлять. В коридоре что-то с грохотом рухнуло, и треск огня стал отчетливее, ближе, словно огромный зверь подбирался к нашей двери, облизываясь языками пламени.

— Окно! — Ира, кашляя, указала на единственный выход.

Мы распахнули створки. Ночной воздух, холодный и свежий, ударил в лица, но был бессилен против дымовой завесы, уже заполнившей кабинет. Внизу, под нами, была темнота второго этажа и асфальтовая площадка для разворота машин.

— По трубе! — Ира, не раздумывая, перегнулась через подоконник и ухватилась за старую водосточную трубу, прикрученную к стене.

Я пропустила ее вперед, сердце колотилось где-то в горле. Она ловко, как кошка, вылезла наружу и начала спускаться. Труба с скрипом, но держала ее вес. Я, отчаянно кашляя, начала выбрасывать вышитые мной платья наружу.