Книга Багряное королевство, страница 57 – Робин Д. Мейл, Эль Мэдисон

— Я уеду завтра во время утреннего заседания Совета, чтобы не было сцен.

Он и сейчас меня оберегал. Тео остановился у дверей в нерешительности.

— Попросить его войти?

Готова ли я разговаривать с Эвандером? Разве у меня есть выбор? Прерывисто вздохнув, я кивнула.

— Прощай, Роуэн!

Было трудно поверить, что все кончилось, что наступила кульминация всех событий, начиная с того дня, когда я проснулась в темнице, когда я была лишь безрассудной и беспомощной принцессой, а Тео – единственным человеком во всем этом проклятом звездами королевстве, вставшим на мою сторону.

Сглотнув комок в горле, я заставила себя ответить ему, пока он не скрылся за дверью.

— Прощай, Тео!

Я знала, что правильно поступила с Тео. Это вообще было одно из немногих решений в моей жизни, которым я гордилась, – я сделала все, чтобы ему не стало еще больнее.

И все же было мучительно – прощаться с тем, кто меня любил, ради того, кто не спешил даже признаться, что хочет жениться.Если хочет. Если то, что сказал Тео, – правда. А если нет? Неужели я поставлю всю свою жизнь на нечто неопределенное?

Я терзалась значением слова «леммикки» каждый миг, пока в дверях не показался Эвандер. Он окинул меня пронзительным взглядом, словно пытался определить степень остаточных повреждений, прежде чем поздороваться.

— Леммикки.

Вот опять это прозвище!

— Вы встали между мной и вражеским мечом, даже не достав оружия, – начала я без предисловий. – Вы могли погибнуть.

— А вы могли бы погибнуть, если бы я этого не сделал, – сухо проговорил, словно было совершенно очевидно, что он отдаст свою жизнь за мою.

А может, так и было. Разве я не сделала бы то же ради него? Но в том-то и заключался недостающий элемент наших отношений.

— На днях вы спрашивали меня, что я хочу узнать. – Той ночью, когда я обвинила его, что он нечестен со мной.

Эвандер прищурился, грациозно усаживаясь в кресло напротив меня.

— Спрашивал.

Я сделала вдох, собираясь духом.

— Тогда у меня вопрос.

Не сводя с меня своих неспокойных серых глаз, он нехотя кивнул.

— Что же значит «леммикки»? – Мой голос был не громче шепота.

Эвандер сглотнул, в его взгляде промелькнула какая-то тревога.

— В вольном переводе это значит «зверушка», как заметил Коронан на Высшем Совете.

Вот опять. Он не соврал, но не сказал и правды. На этот раз мне нужна была вся правда. Без утайки.

— А если точнее?– настаивала я.– Скажите мне, Эвандер, что это значит, когдавы произносите это слово?

Он пристально смотрел на меня, как показалось, целую вечность. Не знаю, дышал ли он, но я точно нет. Повисло молчание, натянутое, словно нить, готовая вот-вот порваться.

Наконец, лорд заговорил, его тихий голос разорвал тишину так же, как стакан, разбившийся той самой ночью о пол сторожки.

— Это значит… «милая».

Сердце затрепетало у меня в груди, хотя я и ожидала такого ответа после странного взгляда Тео.

Тео сказал:«зверушка». Буквальный перевод, предложенный в напряженный момент человеком, для которого всеобщий язык не был родным.

Непросто зверушка, не моя зверушка, а зверушка, милая.

Всякий раз, когда я считала, что Эвандер просто напоминал мне, что я нахожусь в его распоряжении…

Оборачиваясь назад, я слышала плохо скрываемую панику в его голосе, когда он проверял, цела ли я в первый день после нападения изгоев.