Книга Фантомный свидетель, страница 59 – Алексей Градов

«Я должен буду взять всю вину на себя, если нас прижмут, — решил Краснов, нащупывая в кармане холодную рукоять табельного пистолета. — Вырублю ее ударом в челюсть, приставлю ствол к виску. Пусть думают, что я тащил ее силой».

На уровне первого этажа им пришлось замереть.

Сквозь щель под противопожарной дверью пробивался яркий свет, а по ту сторону отчетливо слышался треск раций и грубые мужские голоса. Дежурный пост перекрыл выход во внутренний двор.

— …да говорю тебе, он не мог выйти через центральный, там рамки звенят! — рявкнул кто-то басом. — Проверяйте паркинг еще раз. Тарасов рвет и мечет, у него в кабинете потоп, а этот псих испарился!

Марина бросила на Илью испуганный взгляд. Если патрульные решат проверить черную лестницу, деваться им будет некуда.

Краснов приложил палец к губам, призывая к абсолютной тишине, и жестом показал вниз.

Они прокрались мимо двери первого этажа на цыпочках, задерживая дыхание, пока голоса особистов не остались наверху. Еще один марш, и зеленые стены сменились голым, шершавым бетоном. Температура резко упала градусов на десять. Воздух стал влажным, тяжелым, с отчетливым привкусом подвальной плесени и старой бумаги.

Они достигли цокольного этажа.

Длинный коридор подвала освещался лишь редкими, мерцающими трубками дневного света, некоторые из которых издавали раздражающий, комариный писк. Вдоль стен тянулись толстые пучки черных кабелей и ржавые трубы отопления, покрытые конденсатом. Здесь находилось царство архивов — километры стеллажей, хранящих в себе тысячи человеческих трагедий, закрытых дел, нераскрытых убийств и списанных вещдоков.

Марина уверенно свернула налево, обогнув штабель пустых картонных коробок, и остановилась перед массивной металлической дверью, выкрашенной в мышино-серый цвет. Дверь выглядела так, словно могла выдержать прямое попадание из гранатомета. Ни ручки, ни замочной скважины. Только черный прямоугольник магнитного считывателя на стене и красный глазок светодиода, равнодушно взиравший на незваных гостей.

Над дверью висела выцветшая пластиковая табличка: «Сектор 4. Закрытые фонды. Вход строго по спецпропускам».

— Дела десятилетней давности с истекшим сроком или закрытые за смертью подозреваемого хранятся здесь, — шепотом доложила Марина. Она достала из кармана брюк свой пластиковый бейдж на рулетке. — Мой допуск — только второй и третий сектора. Текучка и архив до пяти лет. Я не уверена, что карточка вообще сработает.

Она поднесла бейдж к черному прямоугольнику.

Считыватель издал короткий, гнусавый писк. Красный светодиод мигнул, но цвет не изменил. Раздался неприятный, прерывистый зуммер, и на маленьком экране высветилось: «ОТКАЗ. УРОВЕНЬ ДОСТУПА НЕДОСТАТОЧЕН».

Марина с досадой прикусила губу и повернулась к Краснову.

— Система заблокирована. Даже если бы у нас была карточка начальника отдела, центральный сервер Главка при объявлении тревоги автоматически переводит подвальные уровни в режим строгой изоляции. Электромагнитный замок держит тонну на отрыв.

Илья медленно подошел к двери, оглядывая массивную стальную коробку. Головная боль, затихшая на время адреналинового всплеска, снова начала пульсировать за глазницами тупыми, ритмичными толчками. Он закрыл глаза на секунду, вызывая в памяти схемы технического оснащения старого здания, которые он изучал много лет назад, будучи еще молодым опером, когда Главка только переезжала в эти стены.