Книга Фантомный свидетель, страница 56 – Алексей Градов

Краснов не поднял рук. Он стоял спокойно, глядя прямо на черный зрачок ствола. В его позе не было ни агрессии, ни страха. Только безграничная, смертельная усталость.

— Травмат с трех метров пробьет ребра, но не остановит меня, Марина, — тихо, почти ласково произнес он. — А шума наделает много. Опусти оружие. Я пришел не нападать.

— Вы стреляли в полковника Тарасова, — она не опустила пистолет, ее палец лег на спусковой крючок. — По рации передали приказ стрелять на поражение. Вы в розыске. Вы больны, Илья Николаевич. Вы сами не понимаете, что делаете.

— Я не стрелял в Тарасова, — Краснов сделал медленный, демонстративный шаг к своему столу. Марина напряглась, но не выстрелила. — Я разбил его коллекционный шкаф, чтобы сработала сигнализация и я смог уйти. Если бы я хотел его убить, он был бы уже в мешке, и ты это прекрасно знаешь.

Он остановился, разделенный с ней только узкой полоской старого ДСП.

— Ты написала рапорт, — констатировал Илья. В его голосе не было упрека, только сухая констатация факта.

Девушка сглотнула, не отводя взгляда. — Я обязана была это сделать. Консьерж вас опознал. Ваши патроны совпали с гильзами. А вчера вы разговаривали с пустотой. Вы опасны, Илья Николаевич. Тарасов сказал, что вас нужно изолировать ради вашей же безопасности.

— Тарасов сказал, — Краснов криво усмехнулся. — Как удобно. Система всегда найдет способ объяснить необъяснимое. А теперь, Орлова, выключи на секунду отличницу юрфака и включи аналитика. Зачем человеку, который в состоянии психоза убил бизнесмена, на следующий день приходить к нему во двор, чтобы записать показания выдуманного свидетеля, а потом собственноручно отдавать эти улики стажеру? Где логика? Безумцы непоследовательны, но они не создают многоуровневые оперативные комбинации.

Марина нахмурилась. Пистолет в ее руке чуть дрогнул.

— Провалы в памяти… — неуверенно начала она. — Вы достраивали реальность. Вы пытались запутать следствие, забыв, что сами это сделали.

— Хорошо. Допустим, — Илья медленно расстегнул молнию на своей спортивной сумке, висящей на плече.

— Не двигаться! — резко вскрикнула Марина, перехватив пистолет двумя руками.

— Спокойно. Я достаю доказательства твоего идеального рапорта, — Краснов двумя пальцами извлек из сумки прозрачный пакет и бросил его на стол.

Пакет с влажным шлепком приземлился рядом с ноутбуком Марины. Внутри лежали пять упаковок галоперидола, скомканный бланк рецепта с синей печатью и аккуратная записка фиолетовыми чернилами: «Врачам нужно доверять, Илюша…»

Марина скосила глаза на пакет, не опуская оружия.

— Что это? — настороженно спросила она.

— Это то, что УСБ должно было найти при обыске в моей квартире десять минут назад, — жестко произнес Краснов. — Идеальный набор сумасшедшего убийцы. Фальшивый рецепт с печатью реального врача, который, очевидно, на крючке у Тарасова. И годовой запас психотропов, чтобы у судьи не осталось никаких сомнений. Я успел забрать это до того, как они выломали дверь.

Марина прочитала записку. Ее глаза снова расширились. Она узнала этот почерк и эти чернила. Точно такая же записка лежала под пресс-папье в мансарде Стерхова.

— Это… это почерк полковника Тарасова? — почти шепотом спросила она.

— Чернила его. Почерк — скорее всего, каллиграфическая подделка или кого-то из его безопасников. Они играли со мной, Марина. Они знали о моем реальном диагнозе — легкой форме амнезии, — и решили использовать меня как идеальный контейнер для их преступления.