Книга Фантомный свидетель, страница 52 – Алексей Градов

— Ты ничего не докажешь… — попытался сохранить лицо Тарасов, но его голос дрогнул.

— Мне не нужны доказательства для суда. Мне нужна правда. Сейчас, — Краснов взвел курок. Сухой щелчок механизма в тишине кабинета прозвучал оглушительно. — Я считаю до трех. Если я не услышу ответ, твои мозги украсят этот портрет на стене. Один.

Тарасов судорожно сглотнул. Капля пота покатилась по его виску, оставляя влажную дорожку.

— Два, — произнес Илья, и его палец начал плавно выбирать свободный ход спускового крючка.

— Фонды! — выкрикнул Тарасов, зажмурившись. — Подставные фонды!

Краснов не убрал пистолет. Он лишь слегка ослабил хватку на запястье полковника.

— Говори, — приказал он.

— Стерхов… Стерхов через свой логистический терминал отмывал деньги для северного картеля. Я обеспечивал крышу. Пять лет, Илья. Пять лет мы работали как часы, — Тарасов говорил быстро, сбиваясь, слова вылетали из него вместе с паникой. — Но месяц назад он решил выйти из игры. Сказал, что устал, что хочет уехать. Я запретил. Тогда он начал шантажировать меня. У него был дубликат всей черной бухгалтерии. Счета, транзакции, мои подписи на откатах. Он грозился слить это в ФСБ.

— И ты решил его убрать.

— У меня не было выбора! — полковник открыл глаза, в них плескался липкий страх и отчаянное желание оправдаться. — Если бы он заговорил, я бы сел на двадцать лет. Но просто убить его было нельзя. Фэйсы сразу бы начали копать под его связи и вышли бы на меня. Нужен был идеальный козел отпущения. Человек, чьи мотивы не поддаются логике. Сумасшедший.

Краснов почувствовал, как внутри него что-то надломилось. Последние иллюзии о полицейском братстве и долге рассыпались в прах. Его использовали не просто как инструмент. Его выбрали именно потому, что он был болен и уязвим.

— Ты знал про мою амнезию.

— Да, — выдохнул Тарасов. — Я случайно увидел твою медкарту из госпиталя. И я понял, что ты — идеальный кандидат. Я нанял спецов. Они пасли тебя неделю. Изучили маршруты, тайминги. Устроили сбой серверов в кофейне, чтобы загнать тебя в паранойю. Вчера ночью они проникли к тебе в дом. Взяли патроны. А потом… потом мой человек позвонил Стерхову с телефона его жены.

— И что он ему сказал? — Краснов не мигая смотрел в бегающие глаза Тарасова. — Как он заставил агорафоба выйти во двор?

Тарасов нервно облизал пересохшие губы.

— Он сказал, что у него есть документы, доказывающие, что авария десятилетней давности, в которой Стерхов стал инвалидом, была подстроена. И что заказчик ждет его внизу, у арки. Стерхов клюнул. Он ненавидел того водителя, Смирнова. Он спустился. И получил две пули из твоих патронов.

Пазл сошелся. Идеальная, замкнутая система лжи.

Краснов медленно опустил пистолет, но не поставил его на предохранитель. Он убрал записку с фиолетовыми чернилами обратно в карман.

— Где компромат, Виктор? — тихо спросил следователь. — Черная бухгалтерия, из-за которой ты его убил. Сейф в его мансарде был пуст. Мой двойник забрал его ночью?

Тарасов внезапно криво, затравленно усмехнулся. И в этой усмешке Илья прочитал ответ раньше, чем полковник произнес его вслух.

— Если бы он забрал его, Илья… я бы с тобой сейчас не разговаривал, — прохрипел Тарасов. — Мой человек выбил ключи у консьержа, поднялся в мансарду, вскрыл сейф, но там было пусто. Стерхов перепрятал флешку с данными. Он оказался умнее, чем я думал.