Книга Криминалист 14, страница 82 – Алим Тыналин

— Возьми у портье второе одеяло. У них всегда есть, только надо попросить.

Я рассказал ей про почтамт.

— И есть еще один, — сказал я. — Который стоит прямо и никогда не присаживается.

Николь помолчала.

— Это кто-то похожий на того о ком ты говорил раньше, — сказала она.

— Да, я уже знаю кто это.

— Ты вернешься к первому октября?

— К тридцатому, если тут ничего не случится.

Она сказала, что Брут разодрал угол ковра в гостиной, а Кассия при этом сидела рядом и смотрела на него с осуждением, но не вмешалась. Потом сказала, что прожектор на углу больше не мигает, потому что дело оказалось в патроне, а не в проводке.

Я лег во втором часу по чикагскому времени, но никак не мог заснуть.

Во дворе гостиницы какая-то ткань хлопала на ветру с одинаковыми промежутками. Я лежал и слушал звуки и думал про наш визит на почту.

В половине третьего я встал и подошел к окну.

Номер выходил во двор, но за низкой крышей соседнего дома открывался кусок города к востоку, до самого озера. Там стояли башни, черные прямоугольники с редкими светящимися окнами на верхних этажах, где до утра не выключают свет в коридорах.

Дальше, у воды, торчал недостроенный каркас небоскреба, голый, без стекол, с красными огнями на оголовке крана. Огни мигали не в такт, а вразнобой.

Над озером шли облака, низкие и быстрые. Они шли стеной, с северо-востока, нижний край подсвечен огнями города снизу, отчего казалось, что там что-то горит. Или взрывается.

Портье внизу, когда я спускался за льдом, сказал, не отрываясь от газеты:

— К четвергу придет.

— Что придет?

— Фронт. — Он перевернул страницу. — С озера. У нас всегда так в конце сентября, два дня тихо, потом за час налетает ураган со скоростью сорок узлов.

Я вернулся в номер и снова лег. До первого октября оставалось шесть дней.

Все это время мы должны просто ждать. Сидеть в зале почтамта, пить плохой кофе в управлении на Дирборн, проверять фамилии, звонить Ленцу и слушать, как он рассказывает про депозитный счет.

Так никогда не получалось. Я лежал и думал, что в такие вот пустые дни между делами обязательно что-нибудь случалось. И всегда что-то неожиданное.

Хлопанье во дворе прекратилось, стало слышно город. Где-то далеко, кварталах в десяти, проехала пожарная машина, сирена у нее долго была слышна, минуты две, пока машина не ушла за реку.

Я посмотрел на часы. Без четверти четыре.

Красные огни на кране над озером мигали все так же вразнобой. Я поймал себя на том, что считаю промежутки между вспышками, как считал недавно время после выстрела снайпера на крыше.

Потом я все-таки заснул, и мне показалось, что проспал я минут десять, а на самом деле четыре часа.

В восемь Корбин подал машину.

Ла-Салль-стрит начинается от реки и упирается в здание Торговой палаты. На этом отрезке в восемь кварталов помещается весь финансовый Чикаго.

Дома стоят вплотную, по сорок этажей. Улица между ними лежит в тени до полудня. Ветер идет по ней как по трубе.

Корбин высадил нас у подъезда и уехал искать парковку, второй раз за сутки.

— Канал шестой, — сказал ему Локхарт. — Свяжемся когда выйдем.

Контора по страхованию титулов занимала одиннадцатый этаж. В вестибюле стояли мраморные стены до потолка, латунные почтовые желоба и лифтер в серой форме с золотым кантом.