Книга Королевская кровь-14. Часть 2, страница 60 – Ирина Котова

Алина улыбнулась в утренний сумрак, пробивающийся сквозь ставни.

— Все будет, — прошептала она себе. — Все обязательно будет, Богуславская.

И она задавила тень тоски на краю сознания, рационально шептавшую, что всего может и не быть, повернулась на бок и обняла подушку, вжимаясь в нее лицом. Все будет. Все будет, моя любовь.

Конец июня-вторая неделя июля, Тафия, Ангелина

Нории был счастлив. Наверное, только на свадьбе и в солнечные, полные любви дни после нее, да во время полета на цветение эльвиэля видела Ангелина мужа таким же счастливым, как в тот вечер, когда они пришли в Тафию по приглашению Чета и застали его сражающимся в полную силу. Такая золотистая, светлая радость шла от Нории, что и Ани, и окружающие купались в ней, улыбаясь и смеясь, и было всем легко-легко.

И Алина, которая была здесь, тоже улыбалась, вовлеченная во всеобщее ликование — Ангелина надеялась, что младшая сестра унесет частичку этой радости с собой. Как не поверить в чудо, когда вот оно, перед глазами?

— Мне казалось, что с того момента, как я увидела его великаном, сражающимся с богом-пауком, я не способна ничему изумиться, — тихо сказала Ани Нории, когда они стояли, глядя на тренировочный бой Чета с сыном.

Нории кивнул. Он понял, о чем она.

Даже не дары, которыми боги наградили Мастера, вызвали ее изумление сейчас, а то, как же хорош был настоящий, оживший Чет. Пусть за ужином стало понятно, что он все же поменялся, что появилась в нем глубинная задумчивость, а взгляд невидящих глаз с красной полосой поперек радужки будто пронизывал насквозь, но все равно из него плескала энергия животная, мужская, насмешливая.

Да, мудрец, который раньше проглядывал в нем самым краем, теперь стал виднее, и не только из-за седины, вплетенной в красные волосы. Но это был веселый мудрец, где-то даже шальной, и только в бою да в делах в нем проявлялась строгость и внимательность. Хотя нет, только в делах. В бою он тоже был весел.

О многом они говорили за ужином тем вечером. Нории рассказывал о прошедшей четыре дня назад коронации в Инляндии, и Чет одобрительно кивал и усмехался, как сказку слушая о том, что Люк, молодой ветер, успел к своей судьбе в последний момент, и о том, как удивительно оказалось его прошлое, и как сложно сейчас будущее. И что, — тут Нории тоже усмехнулся, — отец их, Инлий Белый, был величественен и явился во всем своем великолепии.

На этом месте Четери захохотал и поднял чашу с вином в честь кого-то невидимого. Света и Алина посмотрели на него с недоумением, чувствуя тайну, а Ани лишь едва заметно улыбнулась. Нории говорил ей, что отец-Инлий ближайшие годы не будет отвечать, потому что ушел на перерождение.

И те, кто знал об этом, — Владыки и священство, будут молчать. Потому что никому не нужно, чтобы власть Лукаса Инландера попытались оспорить.

— Что будешь теперь делать? — спросил у Чета Нории. — Помимо быть Владыкой Тафии и восстанавливать свое умение?

— Буду учить учеников. Открою школу Мастеров клинков для детей, — ответил Четери, глядя куда-то в темные небеса. — Девочек начну набирать…

Нории застыл, не донеся до рта чашу с вином, и все замерли, глядя на Чета, особенно его сын Юнеди, а Алина даже головой потрясла, словно не верила, что это услышала.