Книга Королевская кровь-14. Часть 2, страница 42 – Ирина Котова

Бермонт допил, поставил глиняную чашку на низкий столик и по-звериному облизнулся.

— Я передал через Ульсена, что Черныш может выбирать. Либо подписать вечный магдоговор о службе и вассалитете дому Бермонт, с тем, что все его изобретения и открытия становятся достоянием страны. Либо сидеть в этой камере до конца своих дней, но каждый месяц камера будет становиться на ладонь меньше. Он думает и торгуется, — Бермонт усмехнулся, — это ожидаемо.

Поля знала, что к Демьяну с просьбой пообщаться с Чернышом наедине обращался Люк, муж Марины. Пол никак не могла привыкнуть к тому, что он теперь король и оказался сыном почившего Луциуса, ей все казалось, что это как в шоу каком-то, что так в жизни не бывает. Да и Маринка-королева была для нее чем-то удивительным. В их редкие встречи Полина все высматривала, изменилось ли в Марине что-то, кроме вечной расслабленности и сонливости, которые точно были признаками беременности, а не венценосности. И думала, поменялась ли она сама.

«Да, поменялась», — говорила она себя.

— Конечно, поменялась, — тепло ответила ей Марина, когда она задала этот вопрос. — Ты, конечно, осталась собой, но будто лучшей и сильной версией себя, Полли. Как и все мы, да. Кроме Ангелины, она всегда была превосходна, — и они обе захихикали, как девчонки, вновь ощутившие могущественную тень любимой старшей сестры.

Демьян встречу Инландера с Чернышом разрешил, и Полине было ужасно интересно, зачем она понадобилась. Но муж сказал, что сам не знает ничего кроме того, что это касается истории семью Люка.

— Неужели вы не прослушивали? — засмеялась Пол.

Демьян усмехнулся.

— Инландер силен. Он сам источник стихии и смог поставить щиты. Но он поклялся мне, что это не те секреты, которые могут навредить Бермонту.

Поля пыталась выведать у Марины при встрече, но та, сделав страшные глаза (довольно забавно выглядели страшные сонные глаза), ответила:

— Это ужасные семейные секреты, Полли. Ну примерно как у нас про Седрика. И про маму.

Было так любопытно, что это чуть ни стало поводом все же идти учиться в разведку. Чтобы раскопать все самой.

Но в целом за Марину она была спокойна. Как и за всех. Кроме Алины. Они так близки были до попадания младшей в Нижний мир, а сейчас Алинка отдалилась от всех. Разве что у Марины она бывала почему-то почаще, и Поля даже слегка ревновала. Она помнила, что такое физическая слабость после истощения и ужасно за младшую переживала. Она писала Алине, она тормошила ее, она уже дважды вытаскивала ее повторно к Тайкахе — но тот лишь смотрел сквозь дым трубки, щупал пульс и уверенно говорил младшей сестре:

— Хорошо крепнешь, но мало сил еще, не потянешь ты ритуал. Если невод ты, что должен вытащить рыбу, то нужно, чтобы невод этот был прочный. Не торопись, дочь огня и тьмы, всему свое время. Сейчас время тебе крепнуть, а мужу твоему — быть в безвременье. А какое время наступит потом, того знать мне не дано.

Поля знала, что Алина спрашивала что-то про успех своей миссии у Каро. Но, по всей видимости, та ответ дать не смогла. Или он Алинку не утешил.

— Я не знаю, как сказать генералу Ульсену, что я решила не поступать в Королевскую академию безопасности, — призналась Полина мужу во время одной из прогулок. — Я много-много думала, Демьян. Во внешнюю разведку я не гожусь. Во внутренней в полевую работу не отпустишь меня ты…