Книга Мама на замену, страница 68 – Варя Нуан

— Вера Сергеевна, я начертил, — подает голос Никита, тыча пальцем в бумагу. — Смотрите, парабола пересекает ось в двух точках.

Вера с усилием отрывает взгляд от моего лица. Сглатывает, моргает, возвращая маску абсолютного холода:

— Да. Теперь находи корни через дискриминант.

Она опускает руку на стол. Ее тонкие пальцы слегка подрагивают.

Я отступаю на полшага назад в темноту коридора. Челюсти сжаты до металлического хруста. Стоять здесь — чистая пытка. Но я выстою. Ради пацана. Ради нас обоих.

В семнадцать пятнадцать замок на ее кожаном портфеле сухо щелкает.

— На сегодня все, Никита. Домашнее задание: страница восемьдесят девять, четные номера. Встретимся в пятницу.

— До свидания, Вера Сергеевна.

Шелест страниц. Скрип ножек стула.

Она выходит в коридор, держа портфель перед собой. Идет ровно, собрано, глядя строго перед собой.

Подходит к зеркалу в прихожей. Снимает пальто с плечиков, набрасывает на плечи.

Я стою у консоли, не шевелясь. Ровно два метра дистанции. Ни сантиметром ближе.

— Спасибо за занятие, Вера Сергеевна.

Она застегивает пуговицы. Руки больше не дрожат. Лицо непроницаемое, фарфоровое.

— Пожалуйста, Илья Владимирович. Мальчик готов к срезу на семьдесят процентов. Если закрепит формулы на выходных — сдаст.

— Мы едем за город на субботу и воскресенье. На дачу.

Она замирает. Пальцы задерживаются на поясе пальто. В серых глазах мелькает короткая, теплая искра:

— Это правильное решение. Ему нужен воздух. И вы.

— Спасибо.

Она берется за латунную ручку входной двери, нажимает вниз. Створка мягко распахивается наружу, впуская шум лифтового холла.

Вера делает шаг за порог, оборачивается на секунду, глядя мне прямо в глаза:

— Не давите на него, Илья. Он старается.

— Не буду.

Она кивает, поворачивается и уходит к лифту. Двери кабины смыкаются с тихим звоном.

Закрываю замок на два оборота.

В прихожей остается густой запах миндаля и холода.

Поворачиваюсь к коридору. Никита стоит у стены своей комнаты, держа в руках сборник задач по геометрии:

— Ты удержался, пап. Не полез.

— Я обещал.

— Молодец, — парень усмехается уголком рта, пряча тетрадь за спину. — Пойдем мясо для субботы выбирать в приложении. А то опять купишь жилистую дрянь.

— Пойдем.

Мы проходим на кухню, садимся рядом за широкий стол, включая экран планшета.

POV: Никита

— Ты опять печку неправильно растапливаешь, отец. Заслонку открой, дым в дом повалит.

Отец замирает на корточках перед чугунной дверцей. Сжимает в пальцах обрывок пожелтевшей газеты. Двадцать пятое ноября. Суббота. Полдень. За бревенчатыми стенами старого истринского дома глухо шумит сосновый бор, стряхивая шапки мокрого снега.

— Заслонка открыта, — хрипит он, чиркая охотничьей спичкой. Длинное серное пламя лижет сухую бересту. — Тяга пошла. Смотри на дымоход.

Подхожу ближе. Ставлю на деревянный подоконник жестяную кружку с кипятком. В доме пахнет стылой пылью, сухой сосновой хвоей, остывшей золой и застоявшимся холодом. Генератор на заднем дворе мерно тарахтит, посылая тусклый свет в лампочки под потолком.

Отец захлопывает дверцу печи. Железо глухо лязгает. Он поднимается на ноги, отряхивает ладони от черной сажи о рабочие джинсы. На нем старый вязаный свитер с высоким воротом. Плечи сутулятся. Щетина на челюсти трехдневная, густая.