Книга Любовь не без улик, страница 72 – Евгения Кретова, Настя Ненастьева, Сана Эванс

И в этот момент мне вдруг показалось, что старые стены поместья словно следят за нами, что этому дому нравится, когда в нем появляются тайны, и что это расследование только начинается.

Константин появился в дверях актового зала так внезапно, будто нарочно выбрал момент, когда я уже решила, что он там застрял. Высокий, взъерошенный, с вечно рассеянным видом человека, который всегда оказывается не там, где надо.

Мы сидели так минут десять, делая вид, что отдыхаем, пока Константин возился с реквизитом неподалеку. Я наблюдала за ним украдкой. Его движения были резкими, он часто оглядывался, словно проверяя, не смотрит ли кто-то. Это могло значить что угодно. Волнение. Усталость. Или чувство вины.

Из актового зала Константин выскользнул так быстро, что даже пыль на сцене не успела осесть, и мне сразу стало ясно, что это не бегство виновного, а привычка человека, который боится быть неправильно понятым и поэтому предпочитает исчезать первым.

Наши с Левиным взгляды мгновенно встретились – нас посетила одна и та же мысль. Мы все прошли за ним по коридору, и Константин, оглянувшись, резко нырнул в пустой класс с открытой дверью, тот самый, где обычно оставляли стулья после мероприятий и где всегда пахло пылью, мелом и чем-то заброшенным.

— Отлично, – сказала Ева, заходя первой. – Сам себя загнал.

Константин стоял у окна, сжимая телефон так, будто собирался выкинуть его в темноту двора, и по его лицу было видно не злость и не страх, а чистое раздражение человека, который попал в ситуацию, о которой потом будут долго шутить не в его пользу.

— Вы что, с ума сошли, – выпалил он, – вы за мной следите теперь официально или это у вас новое хобби?

— Мы следим за логикой, – ответила я, закрывая за собой дверь. – А она почему-то все время приводит к тебе.

Злата осталась у порога, оглядывая класс так, словно ожидала, что сейчас из-за шкафа выйдет кто-то третий, невидимый, но очень недовольный.

Константин шагнул к двери, но в тот же момент Роман спокойно, без спешки, сместился в сторону и перегородил ему выход плечом, и это движение было настолько точным и привычным, что стало ясно: для него это не агрессия, а рефлекс.

— Назад, – сказал он спокойно, но в голосе уже появилась сталь. – Мы еще не договорили.

— Да, давай тогда начнем с того, почему ты возишься с этими актеришками? – огрызнулся Константин и попытался протиснуться мимо.

Он не успел.

Роман одной рукой уперся ему в грудь, а второй сжал предплечье так, что Константин резко выдохнул и отступил на шаг, уставившись на него с возмущением и обидой.

Левин подтянул в центр пыльный стул и резким нажатием на плечо усадил Константина на стул.

— Ты совсем, что ли, – возмутился он. – Ты чего творишь?

— Я творю порядок, – ответил Роман. – А ты сейчас либо объясняешься, либо сидишь тут и думаешь о своем поведении.

Ева прыснула.

— Ого, капитан, это что, воспитательная работа?

Я подняла руку.

— Хватит. Константин, ты знаешь, что у нас пропало кольцо, и если ты думаешь, что можешь просто убегать и делать вид, что это не твоя проблема, то ты ошибаешься.

Он резко замотал головой.

— Я вообще не знаю ни про какое кольцо.

— Тогда что ты хотел показать Левину? – спросила я. – И почему сейчас пытаешься сбежать?

Константин замялся, потом резко вздохнул, словно решился на что-то очень неприятное для своей репутации.