Книга Ночь гнева, страница 77 – Андрей Васильев

— Мне нужна одна вещица, — ласково улыбнулась ему ведьма. — Нет-нет, не из тех, что в отделе хранятся. Я знаю, как вы относитесь к своим фондам, скорее сами повеситесь, чем кому-то что-то из них отдадите. Вещь принадлежит убийце славных ребятишек со снимка, так что здесь тебе своими принципами поступаться не придется. Считай, все останутся в плюсе — ты совершишь акт правосудия, а я получу свой маленький гонорар за оказанную помощь.

— Маленький гонорар, значит, — повторил за ней оперативник задумчиво.

— И сразу — сомневаюсь, что кто-то кроме меня даст быстрый ответ на твой вопрос, — добавила ведьма. — Могла бы, конечно, Зинка из Лефортово помочь, да вот только навряд ли она это делать станет. Она и в молодости добротой не страдала, а с годами вовсе зачерствела душой. Плюс злопамятна до невозможности, так что еще долго будет припоминать и тебе, и коллегам твоим, как вы родственницу ее ближницы к финишной черте подвели. Семечек хочешь?

— Хочу, — протянул руку Ровнин, размышляя над услышанным.

Гипотетически, конечно, то, что знают двое — о том в курсе и кто-то третий, так что Марфа сейчас наверняка цену себе набивает. Это не хорошо, не плохо, просто такова ее натура. Да он и сам чем дальше, тем больше живет по правилу «есть возможность — используй» и ничего плохого в том не видит.

Другой разговор, что еще Францев несколько раз его предупреждал о том, что никогда и ни при каких условиях нельзя идти на сделки, заключаемые вслепую, причем особенно с колдунами и ведьмами. Да и в делах прошлых лет хватает подтверждений того, что подобные договора крайне редко чем-то хорошим заканчиваются. Конечно, соблазнительно — сейчас ведь от тебя никто ничего не требует, а информация, которая так нужна, вот она, только руку протяни и возьми. И протягивали, и брали, а потом всем отделом, случалось, последствия вот таких договоров разгребали. Иной раз и кровью дело кончалось, как чужой, так и своей.

А обратный ход не дашь — всё. Слово сказано, слово услышано.

— Если смущает что, так я не настаиваю, — щелкая семечки, добавила Марфа Петровна. — Все понимаю, не первый день на свете живу. Да и потом — ты парень смекалистый, хваткий, глядишь, за хвостик потянешь, что я тебе дала, сам все и распутаешь. А за него мне ничего не надо, «спасибо» хватит.

И снова не врет. Сказать, что он совсем уж с пустыми руками из этого дома уйдет, нельзя, потому чрезмерное корыстолюбие Марфе вроде и не предъявишь. Но и те крохи информации, которые она дала, решению проблемы не сильно помогут, поскольку по этим наводкам можно долго Москву копытить, да так ничего и не найти. Пришлые ведьмы… Да их пруд пруди в городе, в основном небольшие группы, по два-три человека, а то и вовсе одиночки. Впрочем, появляются уже и такие, которые активно пробуют поглубже корни в московскую почву пустить. И даже зубы показывают, да еще как. Зимой, сразу после Нового года, в Гольяново хорошая свара вышла, с кровопролитием и увечьями. У тамошнего ковена доходы начали падать, да так стремительно, что его глава решила собственное расследование провести, которое показало, что убытки возникли не на ровном месте. Оказывается, виной тому стали уроженки города Кишинева, которые, не успев даже толком осесть в столице, шустро развернули тот же гадально-приворотный-целительный бизнес, что и их московские коллеги, но с более гибкой ценовой политикой. Проще говоря — демпинговали не по-детски.