Книга Сигнал, страница 150 – Максим Шаттам

Откинув голову на спинку сиденья, Оливия вздохнула и посмотрела на свою пассажирку.

— Ты как, держишься?

Джемма кивнула.

— Я просто психопатка, — прибавила Оливия. — Совсем поехавшая. Знаю.

Машины проезжали мимо, обгоняя их.

— Нам теперь светит за это тюрьма? — спросила Джемма.

— Так, во-первых, тебе ничего не угрожает. Если Дерек будет официально жаловаться, я все возьму на себя. Я найму лучшего адвоката Массачусетса, и он докажет, что если бы копы своевременно сделали свою работу, мы не зашли бы так далеко. Этот недоумок Уорден понимает, что лучше посадить Дерека, чем нас. Если поднимется шум, он будет думать о своей репутации. Но Дерек ничего не скажет, его самолюбие не допустит, чтобы все узнали о случившемся.

— Я бы предпочла, чтобы никто ничего не знал.

Оливия несколько секунд молча смотрела в окно.

— Джемма, это важно. Этот подонок должен знать, что не выйдет сухим из воды, он не должен думать, что ему все дозволено. И важно, что он извинился перед тобой, хоть это и не может изменить того, что он с тобой сделал.

— Не уверена, что он сам понимал, что говорит.

— Возможно, но он еще вспомнит.

Оливия провела тыльной стороной ладони по ее щеке. В этом жесте было столько ласки, сколько не проявляла даже родная мать Джеммы. Девушка вдруг успокоилась и почувствовала искренность заботы Оливии.

— Спасибо, Оливия.

Ответом ей была улыбка. Затем Оливия снова тяжело вздохнула.

— Да уж, это самое пугающее и захватывающее, что я делала за очень долгое время, — призналась она. — Я… сама себя не узнаю, я была просто вне себя от ярости из-за этого ублюдка. Ох, я так перепугалась, если честно…

В эту минуту, когда они не знали, следует ли им радоваться или опасаться, они вдруг расхохотались на всю машину.

Когда они уже остановились у дома, Оливия попросила:

— Джемма, пообещай, что ничего не расскажешь ни мальчикам, ни Тому, ладно?

Прежде чем захлопнуть дверцу, Джемма спросила:

— Я думала, вы с мистером Спенсером говорите друг другу обо всем… Ну, о самом важном, по крайней мере.

— Да, но это вопрос времени. Он все узнает, но позже, когда больше не будет причин беспокоиться.

— А сейчас, вы думаете, они есть?..

Оливия ласково взглянула на нее.

— Нет, думаю, Кокс усвоил урок.

Но Джемма догадалась, что Оливия лукавит. Они не могли быть уверены. Дерек Кокс был непредсказуемым типом, хоть он и испугался за свою жизнь.

Через три дня жизнь, казалось, вернулась в обычную колею. Никакие копы к Спенсерам не приходили. Дерека Кокса было не видно и не слышно, а Оливия была чуткой женой и матерью и вела себя ни в чем не бывало. Джемма все также чувствовала себя грязной, в этом смысле ничего не изменилось. Ее передергивало всякий раз, когда она представляла волосатую руку, похожую на отвратительного паука, которая лезет к ней в вагину. И все же что-то изменилось. Она все еще страдала от травмы, но теперь у нее появились силы жить. Надежда. Желание. Она будет бороться. Рана навсегда оставила след в ее сердце. Но теперь, когда Дерек расплатился за свое преступление, когда она прочитала в его глазах, что урок не прошел для него бесследно, и не осознав, быть может, свою вину, он испытал неподдельный страх. Безумный страх. Не меньший, чем тот, что пережила она. Странным образом месть помогла ей начать излечиваться от своей раны. Теперь Джемма чувствовала, что способна двигаться дальше. Она не поддастся соблазну саморазрушения. Он и так причинил ей достаточно зла.