Книга Живые и мертвые, страница 95 – Ярослав Заболотников

Как бы ни хотелось одёрнуть колдуна, насадить на его острый нос пару аргументов, после утраты содержимого библиотеки и Слезы, оставалось лишь тихо вздохнуть.

— Я согласна, — с толикой задумчивости сказала вампирша, — если ты обещаешь вернуть его по первому моему слову.

— Не смею задерживать у себя твои артефакты. Как и важную информацию. Финальный этап своей жизни твой отец провёл в Храме Последней Надежды. Оставив на престоле регента и былые амбиции, он прошёл путь от послушника до квируса: помощника настоятеля. В силу возраста чужой язык давался Архондару с трудом, однако со временем он тоже смог вести проповеди. Потому его могила расположена в крипте храма.

Фраза про последний вдох, не так давно слетевшая с уст колдуна, не оставляла ни малейшего шанса встретиться с отцом, но слова о могиле всё равно полоснули сердце осколком стекла. Лайла сама не поняла, как у губ оказалась чашка, — вкус чая потерялся в нервном глотке, чашка вернулась на стол.

— Подробности его смерти мне неизвестны, — продолжил Леонардо. — И всё же, несмотря на вольное отношение местных обывателей к чужестранцам, Архондар де’Рон не покидал Хмурого Острова. Поиски Молота целесообразнее начать именно с него. Не исключено, что там таятся подсказки, понятные лишь тебе.

— Я могу взять с собой Рэксволда. Он знает язык, и в нём тоже есть необходимая для телепортации тёмная энергия.

— Даже при возможности переправить вас всех, поиски могут занять немыслимо долгий срок, а у меня нет времени ежечасно спасать вас от смерти, какая будет вам грозить, если вы не прибудете с моря и не оформите пропускные грамоты. В столичном регионе строго с официальными документами.

— То есть ты предлагаешь плыть… — Лайла мысленно составляла план действий.

— Не только. С учётом того, что наши интересы во многом сходятся, я предлагаю тебе покончить с Хризальтерой. Завтра. После поражения на поле боя она ждёт преследования. Необходимо дать ей немного успокоиться. Позволить начать сбор душ, как бы цинично это ни звучало. Потом же — застать врасплох. Втроём. Ты — отсечёшь светом возможность побега. Я — сгущу теневую энергию до тёмной, Ли — будет вытягивать её до победного конца. Гипотетически это осуществимо, станет ли явью — зависит от нас.

— Ты ждёшь от меня согласия? — выразительно посмотрела вампирша.

— Больше. Безоговорочного доверия. Хризальтера прибегнет к любым ухищрениям, чтобы посеять между нами раздор. Тем не менее, подобно тому, как прах невозможен без умершего, доверие не возникает на пустом месте. Ли ты видишь впервые. Так спроси же её, о чём считаешь нужным. Прямолинейность приветствуется.

Внимание вампирши осторожным ручьём подступило к женщине:

— Если вы не человек, то кто?

Следившая за беседой с чашкой в руках, Ли опустила ту на столешницу:

— Вы слышали что-нибудь о моалгренах?

О, Лайла читала о моалгренах. Из раза в раз с любопытством листала отведённый им в бестиарии раздел. Множество описаний. Множество зарисовок. И все разные. Моалгрены способны мимикрировать под животных и магических существ. Но, чтобы моалгрен выглядел как человек, говорил как человек, — такого не было. Зато раздел пестрил предупреждениями. Всякий моалгрен может легко подавить волю любого живого существа: полностью взять под свой контроль. По этой причине их популяция не единожды подвергалась принудительному уменьшению. И если из самок порой получались интересные фамильяры, самцов истребляли всегда. Они не поддавались приручению, часто мигрировали и могли скрещиваться с другими видами, каждый раз оставляя потомство в виде новых моалгренов. Лайла внезапно осознала, почему Скарги так тревожно отреагировал на Эффи. Дети Леонардо — тоже моалгрены. Только вот в чём странность: вне зависимости от пола и облика, моалгренов выдавал крестообразный зрачок. Ни у матери, ни у детей его не было…